И вот, опять совместная вечеринка самой лучшей компании лучших друзей. И вроде бы все счастливы, да? Чимин с самого начала чувствует себе не комфортно рядом с Юнги, ведь только он знает их историю, которая случилась на такой же вечеринке. И пока Мин развлекается вместе со всеми, Пак пытается не заплакать.Вдруг Юнги смотрит прямо в глаза Чимина, и младший готов поспорить, что внутри хена нет и капли сожаления, как и мыслей о том дне. Неловкость никуда не исчезнет, но это только между ними.

Юнги каждую неделю получает письма от фана и не осознаёт, насколько же они его цепляют, пока не ловит себя на том, с каким нетерпением ждёт новых.

- Он ушёл с миром, потому не грусти, - сказала она Чимину на похоронах, - даже ничего не почувствовал. (или же соулмейт!ау, где перед встречей с соулмейтами вам снится их смерть).

Я не помню какого цвета были стены в лифте, что нёс нас на бешеной скорости прямиком к звёздам, пока мы, сумасшедшие и влюблённые, целовались, ловя губами друг друга, но я помню какого цвета была твоя рубашка, помню твой запах, а ещё слова, которые ты сказал мне в тот вечер...

Пак Чимин победил, звание лучшего танцоры принадлежит ему по праву. Для своего танца он выбрал мелодию композитора Мин Юнги, которую ранее никто не слышал. Как стало известно, эта композиция ни когда ранее не выкладывалась не на одной музыкальной платформе. Но сейчас она бьет все рекорды по прослушиванию.

Как сложно скрыть правду, когда хочется о ней кричать. Чтобы знал каждый. Хочется сказать всем: «Смотрите, я не боюсь!». Но он молчит. Потому что это ложь — он боится. Как сложно не сломаться и оставаться сильным, несмотря ни на что. Как сложно любить. Чимин любит невероятно сильно. И улыбается. А когда никто не видит — давится слезами. Но продолжает любить.

Спасая меня от самого себя, дай мне тысячу причин. И ни об одной не говори

Осколки... воспоминаний, прикосновений, поцелуев. Их не собрать, не склеить больше, ведь твоё сердце стучит в ком-то другом.

Agust D уже больше года на своих концертах получает огромные охапки цветов и записку от одного человека. Но анонимная фанатка больше никак себя не проявляет, этим ещё больше раззадоривая интерес Юнги. Он ещё не знает, что это "не фанатка" – во всех понятиях.

Мин Юнги улыбался всегда, даже когда душа горела. Мин Юнги окружали верные друзья, даже когда доверие сломано. Мин Юнги был счастлив, даже когда ощущал пустоту в сердце. Но самое ужасное то, что он не понимал почему. Ведь он на все сто процентов доволен своей жизнью.

Почему тебя нет так долго? Где ты? Правда ушел, оставив мне эти вещи? А как же кофеварка, магнитофон, телефон... Кто это починит? Тебе же все это нужно было. А кепка? Ты же ее так любишь. Духи... Нет, оставь их. Они пахнут тобой.

Петрикор — запах, что оставляет за собой дождь, а Сокджин — лишь то немногое, что осталось от него Намджуну.

Эту историю стоило бы начать иначе. Она должна была получиться романтической комедией, со счастливым и светлым концом, но Юнги помнил лишь, что выстрел прозвучал оглушающе громко и близко.

Из них никто сказать не может, когда всё по накатанной пошло...

Он был силен, когда лёгкие наполняла горечь прошлого, и они заходились под давлением, которое, как казалось, никому не дано было вынести; он внимал отголоски над ним и внушал себе, что они опасны, что они раздавят его, стоит вдохнуть и вынырнуть. Потому что вдох утаивал в себе горькую смерть, а ладони не могли зацепиться за толстую пелену воды и вытолкнуть беспомощное, но такое сильное тело наверх. И тогда Юнги вдохнул, погребая себя на илистом дне.

«Я наскрёб мелочь, наскрёб все банкноты из моей зарплаты и купил тебе тёплый-тёплый, хороший, качественный и вязаный белый шарф. Только я умудрился забыть, что твой любимый цвет — красный. Ты… ты постоянно носил его. А ещё ты знал его стоимость, поэтому не смог сдержать слёз. Я знал, что ты очень мёрз, когда шея была открыта, поэтому я купил его для тебя. Он был такой длинный-длинный, ты закручивался в него почти как в кокон. И, знаешь, я никогда не пожалею о том, что не ел два месяца».

Несколько дней спустя младший довел себя до предела — желудок болел при первой чуть острой, жирной и подобной пище. Но у него хватило мозгов только на то, чтобы практически перестать есть для прекращения ощущений этой режущей боли. "Фрукты, овощи, батончики как перекусы — чем не еда?" И продолжал отдавать большие бутерброды Тэхёну, неожиданно появляющиеся каждый день в его сумке даже после репетиций. Но эта ночь стала последней каплей.

Чимину всего семнадцать, ему не просто угодить. Он смотрит на всех, таинственно улыбаясь, когда танцует на маленькой сцене свой волнительный танец. На его теле в районе рёбер есть небольшая чёрная татуировка, которая гласит: «Когда я буду умирать, ты знаешь, что я буду готов уйти».

Неприкаянные души - души суицидников, что бродят по земле, не в силах обрести покой.

Они могли быть вместе. Они могли... Но одно из двух сердец остановилось...