При султанском дворе, переполненном завистниками и кровавыми интригами, светлому и мягкому даже для омеги Чимину не было места. Султан Юнги разглядел его среди прочих, возвёл на вершину мира, назвав своей возлюбленной Хасеки, но иногда даже любовь Султана не спасает от бунтов в гареме. И влюблённому Повелителю Мира остаётся лишь научить свою ласковую омежку, как себя защищать, даже когда его нет рядом.

Чимин никогда бы не подумал, что простая поездка к родителям обернётся неожиданным количеством проблем. Чимин никогда бы не подумал, что его парню придётся отправиться к его же родителям на несколько дней раньше. Чимин никогда бы не подумал, что его звонки в эти же несколько дней будут весьма бесцеремонно игнорироваться. Что ж. Кажется, Чимину придётся привыкать к тому, что он чертовски о многом не подумал.

Чимин ни за что бы не поверил, скажи ему кто-нибудь раньше, что он будет носить коротенькое развратное платье горничной, высокие каблуки и тщательно накрахмаленный чепчик. Он бы не поверил в то, что будет со сладким удовольствием и предвкушением ждать наказания за… маленькие шалости. Он бы не поверил в то, что позволит своему до нечестного горячему нанимателю забраться под своё коротенькое платьице и… И вот в это «и» Чимин бы не поверил уж точно. Но, кажется, очень сильно бы в этом ошибся.

История о маленькой простуде и большой любви. Чимин заболел, Юнги нежно за ним ухаживает, тщетно пытаясь скрыть это от всех остальных мемберов, Чонгук бесится, Тэхён нуждается в советах, а Джин варит супчики и остаётся единственным адекватным взрослым.

Юнги заранее предвкушает некоторый подвох, когда Чимин просит его помочь ему с растяжкой наедине. До этого малыш Пак вполне успешно справлялся своими силами, но… Как Юнги мог бы называть себя ответственным хёном, если бы отказал? Естественно, он согласился. Только вот Юнги не рассчитал, что большая ответственность иногда приводит к большим шалостям.

Чимин воспринимает очередной фееричный провал с каким-то даже философским смирением: вместо того, чтобы панически метаться по салону, выламывать двери и бить окна, он удобно устраивается на обитом мягчайшей телячьей кожей сидении, достаёт из прихваченной с собой сумочки зеркальце и начинает прихорашиваться. В конце концов, если уж проебываться — то делать это при полном параде. *** Или о тачках, горячих стритрейсерах, неудачливых угонщиках и провалах, обернувшихся неожиданным успехом.

Мин Юнги знает, что Пак Чимин довольно застенчивый, когда дело касается его тела вне сцены. Поэтому он особо не придаёт значения тому, насколько тщательно Чимин прячется: всегда принимает душ в одиночестве, никогда не раздевается при ком-то ниже пояса, никогда не хвастается победами на сексуальном поприще. Чего Мин Юнги не знает, так это того, что под застенчивостью маленький Пак Чимин прячет большой секрет. До тех пор, пока однажды не успевает спрятаться. Ау, где Пак Чимин — интерсексуал!

Чимин знал, что его, как единственного наследника-омегу, выдадут замуж по договорённости. Он с этой мыслью смирился и давно её принял. Но он и не думал, что мать будет настолько корыстна, что решит отдать его словно временную игрушку для любовных утех. И, когда Чимин шёл на встречу со своим будущим престарелым любовником, он никак не ожидал, что ждёт его там отнюдь не он. У семьи Мин новый глава, и он сделает всё, чтобы стать его супругом.

Как Императору, Юнги множество раз приходилось делать сложный выбор. Не в последнюю очередь из-за того, что Дракон выбрал именно их страну для благословения. Любой человек, не важно подданый он или нет, может принести дар и попросить в обмен за него желание. Но никогда ещё Юнги не приносили в дар самого себя.

Юнги в какой-то момент замечает, что за ним ходит хвостиком влюблённый и совершенно очаровательный малыш. А Чимини просто немного боится сделать первый шаг, поэтому Юнги берет всё в свои руки.

— Чимин, — вечно хмурое лицо ягуара надменно, едва заметно кривится, а от хриплого низкого голоса блондин вздрагивает. Этот старый… ублюдок. — Да, свёкор? — сладкий голос обманчиво нежный, а маленькие утонченные ручки на широких плечах — обманчиво ласковые. Чимин хочет плюнуть ёбаному Мину старшему в лицо так же сильно, как и сделать то же самое, только на его вкусный опытный член. До трясущихся коленок. Ужасно сильно.

— Как думаешь, что для меня важнее: какие-то бумажки или мой любимый омега? — Я, — почти не дыша шепчет Чимин. — Ты важнее всего на свете, сладкий.

После того, как Чимин вновь обретает слух, его любимыми звуками становятся смех, кошачье мурлыканье и (ну так уж сложилось) голос Юнги.

В какой-то момент Юнги замечает, что его маленькая, ласковая омега по-какой то причине начинает его избегать. Понаблюдав некоторое время, он понимает, что Чимин поступает так из-за неуверенности в себе и в своём теле. Конечно, в таких случаях долг хорошего альфы заключается в том, чтобы разубеждать свою омегу во всяких глупостях. Всеми возможными способами.

Самое обидное в работе диспетчера службы спасения, это отсутствие обратной связи.

— Служба спасения. Что у Вас случилось? — раздался женский голос. — Я… — начал Тэхён, но из-за ноющей боли в затылке, не мог нормально сформулировать предложение. — Кажется обрушилось здание. В общем, я был внутри, когда оно упало.

Пак Чимин привык думать о себе как о ком-то вроде Кристиана Грея. У него никогда не было отбоя от женщин, зато всегда было много желания качественного и жаркого секса. Но однажды он встречает Мин Юнги и неожиданно примеряет на себя роль Анастейши.

Чимин привык к тому, что его шрамы привлекают ненужное внимание, но сам он давно уже принял себя таким, какой есть. Несмотря на то, что множество свиданий заканчиваются безутешно, Чимин продолжает искать того самого единственного человека, который будет готов смотреть чуть дальше внешности. И встречает Мин Юнги.

Ресторан с моделями нетаймори — это не тайный клуб, где любой может воспользоваться беззащитным и голым телом для удовлетворения своей первобытной потребности. И Чимин именно по этой причине крайне ценит свою работу, и своё начальство. Но когда одним из клиентов оказывается горячий Мин Юнги — Чимин именно тот, кто нарушает правила.

Мин Юнги никогда всерьёз не думал, что ему нужен молоденький мальчик, который растопит давно закостеневшее сердце. Но у Чимина, лучшего друга его сына, есть свои аргументы.