— Окей, хорошо. Кто хочет подготовить его? — Я могу, — говорит Хёнджин. — Хорошо. Тогда ты первый, а дальше мы разберемся, — Чан устраивается на диване, его бедро в нескольких дюймах от головы Чонина, — Я буду последним. Чонин чувствует, как его тело сковывает сильная дрожь, осознание приходит только сейчас. Последним. Последним из семи. Он собирается принять в себя семь членов подряд, а может и больше, если кто-то захочет повторить. У него внезапно пересыхает во рту.

— Ты помнишь последние слова, которые я тебе сказал? — Спросил Сукуна. Конечно, Годжо помнил. — Ты сказал, что я был великолепен. — Прошептал Годжо. — Каким ты, собственно, и являешься, что ещё? — Ты сказал, что не забудешь меня до конца своей жизни. — Именно. А затем, осознав, насколько все остальные никчёмнее меня— нас, я передумал. Зачем мне довольствоваться воспоминаниями о тебе, когда я могу просто заполучить тебя?

— Так, так, так, — растягивает знакомый голос, который Стайлз даже не предполагал, что когда-нибудь услышит снова. — Помеченный человек из стаи, оставшийся совсем один?

Чан и Джисон хуже любых проблем, но Чанбин продолжает к ним возвращаться.

Все с нетерпением ждут, когда на их коже появятся первые слова. Хёнджин ничем не отличался. Когда он вернулся домой после своего первого дня в университете, он стал искать что-нибудь, любые доказательства того, что он наконец-то встретил своего соулмейта, и когда он увидел темно-коричневую отметину на середине спины, то как можно скорее попытался рассмотреть ее получше.

— Не буду я с тобой сделки заключать, — Сынмин еле сдерживается, чтобы не нагрубить и разглядывает деревянный ящик с узорами. — Ох, ты же знаешь кто я? — молчание говорит само за себя. — Ну же, Ким Сынмин. Скажи это. Вслух. — Демон, — тихо отвечает. — Демон… секса.

Сынмину нравится Минхо. Он думает, что между ними всё хорошо, даже прекрасно. Знает, что они отлично подходят друг другу. Поэтому чувство вины ещё больше ломает его изнутри. Потому что Сынмин знает, что он должен быть счастлив и всем доволен. Что он не должен желать большего. Но он желает. Он просто хотел бы, чтобы Минхо... чуть более явно проявлял свои чувства.

Снова раздается сигнал о входящем сообщении. «эмм кажется ты не настроен болтать так что я просто спрошу. могу я дать тебе свой номер? почта тоже ок но блин:3333 в любом случае спокойной ночи ЛМ!» — Это немного жалко, — комментирует Феликс поверх его плеча, и Минхо печально кивает. — Так что? Хочешь обменяться номерами? Обогатить нас? — А тебе прям-таки не терпится сделать из меня его шугар-бейби. Или: Минхо пытается подцепить спонсора. Буквально.

Образы глупо самодовольного лица Ли Минхо мелькают в голове Джисона, когда он выходит из столовой, чтобы направиться в здание факультета. Он уже слышит его снисходительный высокомерный голос, когда он будет дразнить Джисона. Что-то вроде “Рад меня видеть? Не волнуйся, я позабочусь, чтобы у нас всё было хорошо”. или, Джисона и Минхо объединяют в пару, чтобы они протестировали 36 вопросов, чтобы влюбиться для проекта. Есть только одна проблема - Джисон его, блять, терпеть не может.

— Невозможно отрицать, что именно лежит в раковине у тебя в кухне, и я думаю, ты и сам это прекрасно понимаешь, независимо от того, хочется ли тебе в это верить или нет. Тебе это не сулит ничего хорошего, Уилл. Они могут арестовать тебя уже на основании имеющихся улик. — Собираешься их вызвать? Ганнибалу потребовалось несколько секунд, чтобы ответить. Его рука дёрнулась в руке Уилла. — Руководствуясь всеми этическими нормами, я обязан. — Тогда сделай это. — Ты мой друг, Уилл.

Джек толкает - Уилл падает. Беверли не хочет смотреть на это.

Существо рычит на него, красные глаза ярко светятся. — Отпусти меня. Он звучит почти как одичавший. Минхо с удивлением понимает, что его тянет к этой дикости, понимает, что он находит человека – зверя, перед собой… привлекательным. Минхо борется с желанием подойти ближе и прикоснуться к нему.

Итадори сгорает изнутри, Сукуна же утешает его, как умеет только он.

минхо ни разу не грубил джисону во время ссоры в ответ, но в этот раз сдержаться не получается. удивительно, что грязное слово на немецком выбивает хана из колеи.

После того, как Ганнибал сдался Джеку Кроуфорду, Уилл полетел с ними, чтобы удостовериться, что Ганнибала благополучно довезут до тюрьмы, где тот будет ожидать суда. Уилл ненавидел летать, особенно в условиях турбулентности. И он оказался зажат между трясущейся стеной смертоносной цилиндрической ловушки… и полным, безраздельным вниманием Ганнибала Лектера.

Каждый раз, когда я вижу тебя, то мне кажется, что ты был создан в Раю специально для моих рук.

Фанфик, в котором Чанбин просто хочет, чтобы его любили. Если бы только его соулмейт перестал игнорировать его существование, чёрт возьми.

Эндрю наблюдал, как его брат осторожно опускается на дно ванны, с опаской погружаясь в воду. Аарон никогда не любил мыться и ни разу не говорил, почему, но сейчас боль во всем теле была слишком сильна, чтобы он мог самостоятельно встать и передвигаться, а уж тем более как-то воспротивиться Эндрю. Поэтому Майкл покорно залез в теплую воду, пока сам Джозеф устроился на унитазе рядом с ванной, внимательно наблюдая за ним.

У Мегуми нет родственной души, по крайней мере, он так думал, пока не увидел слово "Красивый", написанное на его запястье, где не было ни единой отметки последние шестнадцать лет. Знак появился сразу после встречи с Итадори, в этом Мегуми был уверен. Или: Мегуми ошибочно принимает Юджи за свою судьбу.

Мегуми никогда не считал Оккоцу страшным человеком. До сих пор.