Для Рацио еженедельная игра в покер с Авантюрином была возможностью продемонстрировать, что карты — это череда случайностей и вероятностей. Авантюрин же вертел фишку меж костяшками и не уставал утверждать, что карточные игры строятся на банальной удаче.

Когда Рацио наставляет на Авантюрина пистолет — в чужих глазах нет ни капли привычного, человеческого страха, который возникает у каждого, чьей жизни угрожает опасность.

Из всего многообразия общажных звуков Авантюрин умудряется неожиданно для себя вычленить новый, ранее им не слышанный. Звук, который хочется услышать ещё раз, желательно громче, ближе и адресованный конкретно ему — стон Рацио.

Авантюрин предлагает весьма выгодную по меркам КММ сделку: они вместе идут этим вечером в бар, и он в конце концов оставляет Рацио в покое.

После азартных игр Авантюрину всегда хочется трахаться, а Рацио с охотой исполнит все его прихоти, хоть прямо на игральном столе.

— Знаешь, это даже забавно, как ты, будучи столь сдержанной безэмоциональной античной статуей, сходишь с ума из-за меня. — Горячий шепот на ухо вызывает дрожь. Веритас сходил с ума. Точно сходил с ума.

— Брось, Веритас, — на корню пресекая неудачную попытку встать, Авантюрин перекинул ногу через его бедро и осел сверху, тактично уводя корешок книги в сторону. — Неужели даже восемь докторских не способствуют элементарному пониманию собственных желаний?

У Веритаса шикарные рельефные руки, которым так подходит эта тонкая, изящная цепочка, болтающаяся на крепком запястье, – ловко хватая руль и плавно его поворачивая, водитель, для которого это обычная рабочая рутина и не подозревает, до какого эстетического экстаза он доводит своего начальника, что, впиваясь в эти предплечья и кисти взглядом, откровенно залипает, выпадая из реальности и напрочь теряя из мыслей всё приличное. «Эти руки обязаны оказаться на мне.»

Лофу Сяньчжоу встретило Дань Хэна тишиной, ощущением угрозы в воздухе и вспыхнувшей болью меткой. Словно шею укусила змея и впрыснула яд, разошедшийся по всему телу огненным потоком; Дань Хэн прижал ладонь к шее и прислонился к стене, зажмурился — перед глазами все поплыло, слилось в единую пеструю массу. Блэйд был в Лофу. Блэйд был совсем рядом.

Дань Фэн привык все и всех контролировать, привык решать все вопросы, направлять людей, привык быть истиной в последней инстанции, поэтому требовать от Инсина послушания, несмотря на их развивающиеся отношения, для него было чем-то обычным, закономерным. Однако об одном небольшом нюансе он все же забыл

Это другой голос. Тот, который преследует Дань Хэна везде. Поджидает за углом, дышит в спину и скрывается во тьме. Его личный палач. Он устал от этого парня. Что бы он не делал, все напрасно. Блэйд в буквальном смысле из-под земли его достанет.

Измерение снов хаотично и обманчиво, а если у тебя нет над ним власти — совершенно непредсказуемо. Разбитая капсула перемещает Рацио в сон Авантюрина и, путешествуя по запечатлённым воспоминаниям и мечтам, он всё больше нового узнает о своём коллеге.

— Это нерационально, — выдержанно подмечает Рацио, почти равнодушно смотря на то, как чужой галстук превращался в узел, оплетающий его руки.

Авантюрин сглатывает, когда Рацио поднимает его руки над головой и стягивает запястья вместе, сглатывает ещё, когда тот ведёт его за собой в свою комнату на этом коротком поводке, и совсем теряет связь с реальностью, подозревая, что возможно просто вырубился от удара того мудилы, когда тот привязывает его к перекладине, на которой обычно подтягивается.

Острый нос аэролимузина разрезает улицы одну за одной — они мчатся по Миру грёз на скорости близкой к космической и вид из окон смазывается в нечёткие яркие картинки. В Золотом миге завтра никогда не наступает. Щекочущая виноградная содовая действительно щекочет горло. Авантюрин действительно безбашенный. «Подари мне один миг, Веритас».

Под предлогом сбора информации Веритас и Авантюрин находятся в баре в «Грёзах». Однако доктора раздражает вид его партнера по миссии, флиртующего с незнакомцами. Не желая расстраивать другого мужчину, Авантюрин приносит интимные извинения, чтобы успокоить ревность своего друга.

Ещё со студенческого времени Рацио любит Авантюрина. И даже спустя несколько лет после окончания университета Веритас преданно и верно любит, даже не смотря на других. И однажды Авантюрин пригласил отпраздновать одну очень удачную сделку по работе. А отпраздновать он решил игрой в бильярд и алкоголем. К чему же это приведет?