Fish. AU, где после событий канона Цзян Чэн не выдержал психологического давления, и его душа раскололась на части.

Вэй Ин неожиданно замечает, что всю жизнь, в его младшего брата никто не верил. Не верил даже он сам.

Цзян Чэн и Лань Ванцзи не выносят друг друга даже в самые мирные дни, поэтому их совместный труд чревата только катастрофой и/или угрозой убийства.

Цзинь Лина прокляли, и он не может говорить; чтобы снять проклятие нужно отыскать самое важное для него, Цзинь Лина, слово. или фанфик, где все гадают, какое слово может быть самым важным для Цзинь Лина; а ещё тут есть клетки мозга Цзянов, которые на самом деле не тут, а в розыске, немного потерянного Сичэня и немного симпчэня. Прим. пер.: симпчэнь – это Сичэнь, который думает только о Цзян Чэне. Не то чтобы мы можем его осуждать.

Маленький Цзинь Лин спрашивал у взрослых, почему его дедушка, Цзинь Гауншань, исчез, и ему сказали, что он состарился. Через некоторое время Цзинь Лин слышит сплетни о том, что Цзян Чэн стареет. – Мой цзюцзю стареет?

Цзян Чэн чувствует себя лишним. Кажется, всегда и везде. И он отступает. Не мешает. Никогда.

Вэй Усянь пытается сделать что-нибудь приятное на день рождения Лань Чжаня. Все страдают. (На самом деле, никто не страдает.)

Все же Вэй Ин нуждается в младшем брате куда сильнее, чем может признаться даже самому себе. //Цзян Чена ранят на ночной охоте, а Вэй Ин остается подле него, пока тот не приходит в себя.

— А-Чэн, тебе не нужно, — грустно улыбнулась Цзян Яньли, — пожалуйста. Ты… ты должен… — Да, Цзян Чэн, — серьезно покачал головой Усянь, — тебе многое предстоит сделать. Это, — он обвёл пространство вокруг себя свободной рукой, — не для тебя. Тебе нужно… жить настоящим. Отпустить прошлое. Отпустить шицзе. Отпустить, — Вэй Усянь сглотнул, — меня.

— Цзян Чэн, — нахмурил брови Вэй Усянь — тебе не стоит губить свою репутацию из-за меня, просто скажи всем, что я больше не являюсь членом твоей семьи и никак не связан с Юньмэн Цзян.

Всё было донельзя странным. И пустые взгляды адептов. И напуганные целители. Обеспокоенный муж и, наконец, Цзян Чэн.

Поселения на горе Илин никогда не было. Остатки клана Вэнь в качестве своей доли пленных отбил орден Юньмэн Цзян.

У ребёнка действительно не было никаких отговорок, когда дело касалось привязанностей, и, независимо от обстоятельств, у Цзян Чэна никогда не хватало духа отказаться от поцелуя или объятий. Он обнимал племянника так долго, как тот этого хотел. Хотя ничего из этого никогда не должно было принадлежать ему.

Ну, я же обещал, что буду прогонять любых собак. Не бойся, ты в безопасности.

После очередной ссоры с Цзян Чэном Цзинь Лин получает возможность заглянуть в прошлое своего цзюцзю.

Подлитый в чай яд Цзян Чэн не предусмотрел. [Или История о том, как Вэй Усянь помирился с Цзян Чэном.]

Даже в другом ордене, ты — моя семья.

Красный цветок, подоженный золотыми лучами солнца, посреди тумана прошлого.

Цзинь Лин не был обрезанным рукавом, но для дяди - мог бы?

Однажды Цзинь Лин раскроется, расцветет для Цзян Чэна, его королевский пион, его белый лотос. А Цзян Чэн подождет.