Если найдёте способ абсолютно никудышной ведьме выловить на разговор вампира, что так яростно от неё бегает, то позвоните Ли Минхо, ладно? Ему нужна некоторая помощь в этом вопросе.

— Почему ты посетил мой кружок? Разве не веселее играть в футбол с остальными? — интересуется Минхо, направляя пальцы Джисона, чтобы те захватили спицами новую петлю. — Я лишь хотел узнать одну вещь, — наигранно наивным голосом говорит Джисон, спуская нить с пальцев старшего и обвивая ей свое запястье, — можно ли этими нитями связать не только шапку? Джисону 17, а его отправляют в детский лагерь на целое лето. Он почти смирился со зря потраченным временем, если бы не педагог по вязанию.

Говорят, чувства со временем угасают, влюблённость и страсть уступают место спокойной любви и привычке. Но в их отношениях до сих пор есть место для всего этого.

Джисон любит срывать злобу в их играх. Но, кажется, эта закончится абсолютно не так, как он хочет. Хорошо, что Минхо всегда рядом.

Джисона поставили в пару с вампиром. Почему это плохо — объяснение на пальцах.

Пять раз, когда Джисон догадывается, и один раз, когда Минхо говорит вслух.

Ах, Хан Джисон такая бэйбигерл. Такой сладкий пирожочек, омежка и боттом. Так мило сводит худенькие ножки под столом, а за его талию так и тянет подержаться. Минхо мог бы посмеяться каждому комментатору прямо в лицо.

— Он ранен? — язык во рту так тяжел, что Минхо произносит конец фразы одними губами. — Чувствую запах крови и.. — Что? Что ещё чувствуешь? — Дикость.

А достаточно ли нам просто дружить?

Вы когда-нибудь видели, чтобы хулиганы, пока курят, старались выдыхать дым в другую сторону и держать руки с тлеющим табаком подальше и по направлению ветра, чтобы их любимый маленький ботаник не надышался гадости и родители позже не ругали его за запах дыма? А вот Джисон им был.

Джисон под ним хнычет от боли, перемежающейся с удовольствием. Его тело выгибается, ноги разводятся шире, отчего Минхо ликует внутри, наблюдая большой твердый член и тяжелые яйца. Джисон крошечный. Так пишут в комментариях. Но член Джисона каждый раз разрывает Минхо надвое.

— А я? На кого из рыб похож я? — Джисон захлопал глазами. — На морского конька. — О… правда? — удивился он и уставился на трех розовых морских коньков. — Почему? — Они милые, — хмыкнул Минхо. Джисон улыбнулся и прижал руки к своим горящим щекам. — А ещё самцы морских коньков беременеют.

– Можно? – голос у Минхо такой высокий и почти срывающийся, что Джисон даже открывает глаза, чтобы убедиться, все ли со старшим в порядке. С Минхо абсолютно точно ничего не в порядке. У него огромные, бездонные глаза, в которых сверкает пыль самых прекрасных звезд давно исчезнувших галактик, раскрасневшиеся и припухшие губы с еле заметными ранками от нервного прикусывания и пальцы, теребящие подол домашней футболки Джисона. – Тебе можно все, – Джисон еще никогда так не верил в то, что говорит.

— Он классно берет в рот, — сказал Сынмин, скидывая контакт по эирдропу. — Тебе понравится. Попробуй.

Джисона душат. Ветви колючего терновника обвиваются вокруг его шеи и душат с невероятной силой. Но в объятиях Минхо не страшно ничего. В них тепло, как под зимним одеялом, и уютно, как дома.

— Зря ты так. Я выслушаю тебя, если ты хочешь высказаться. Для этого ведь и нужны... друзья. Верно? — доверчиво спросил Джисон. — Проблема в этом! Все со мной дружат. А я не хочу дружить. Нет, то есть хочу. Просто у меня кроме дружбы ничего и нет. И мне грустно от этого. Понимаешь? Минхо посмотрел на Джисона обиженно, но обида в его глазах была отнюдь не на Джисона. Он просто устал. Устал от одиночества, от самого себя и, самое главное, от того, что никому не нравился. Как омега.

В общем, свадьба у Джисона двадцать четвертого декабря. В канун Рождества. Очень, блять, романтично.

У Минхо кошачьи уши и своеобразная репутация, а Джисон просто хотел посмотреть концерт.

Всё началось на вечеринке. Конечно, все тупые истории начинаются на вечеринках, уж Джисон-то в курсе.

Джисон получает должность придворного мага. Только вот колдовать Джисон не умеет.