После очередного успеха в работе Джейс в порыве чувств целует Виктора. Это случается несколько раз. Наконец Виктор не выдерживает и целует первым.

Джейс едва не давится воздухом. «‎Я думал, для сплетен ты слишком занятой человек»‎. «‎Хотя я и прикладываю усилия к тому, чтобы оставаться незаметным, это вовсе не значит, что у меня нет ушей»‎, — отвечает Виктор сухо. /// Про Джейса и Виктора ходят слухи.

Избавившись от необходимости восстанавливаться между оргазмами, Виктор преподнес величайший подарок человечеству в целом и Джейсу в частности.

«Потрудишься объяснить, что на тебя нашло сегодня?». Виктор насыпал сахар в кофе, ложка за ложкой. Его количество, вероятно, давно превысило точку насыщения раствора, подумал Джейс отстраненно. «Да чтоб я сам, блять, знал», — хотел сказать он. «Твой вкус в кофе не изменился», — пробормотал он вместо этого.

Джейс посещает лабораторию Виктора в Зауне, чтобы сказать ему что-то очень важное.

И как Виктор до такого докатился? Ему хотелось вернуться в прошлое и хорошенько себя встряхнуть. Только ему могла прийти в голову такая гениальная и в то же время ужасная идея — соврать Джейсу Талису: «Не волнуйся, поцелуи — это культурная традиция Зауна». Ну да ладно, Виктор с этим разберётся. И всё исправит. Правда ведь? Хотя прошло уже полгода, и что-то улучшений пока не предвидится.

Джейс в восторге от того, что наконец куда-то продвинулся с мужчиной своей мечты, Виктор не понимает, чего это Джейс его постоянно целует, и лишь спустя несколько недель у них получается толком всё обсудить (и не только).

Джейс находит в лаборатории романтический журнал, в котором есть тест для возлюбленных, и предлагает пройти его Виктору. Какой же результат их ждёт, и чей это журнал? Давайте узнаем)

— Я никогда не говорил, что я бета, — раздраженно ответил Виктор, продолжая собирать искусственную металлическую конечность. Работа над ней сейчас забирала все его время. — Это ты так решил. Я омега. Не самая здоровая, конечно же. Сижу на подавителях с тринадцати. Тебя как своего альфу признал сразу же, но решил не говорить, чтобы не усложнять совместную работу. Однако, если теперь ее усложняет молчание, то стоит, пожалуй, это обсудить.

Виктор в его уютных объятиях выглядит как что-то законченно идеальное.

Джейс исключительно восприимчив к похвалам. Виктор находит этот факт любопытным.

Не всё, что мы себе придумываем и фантазируем становится правдой. Но кто сказал, что это плохо?

– Ты мурлычешь… – удивлённо тянет Джейс, продолжая поглаживать кончиками пальцев линию скул, а второй свободной рукой держать за талию. [ атмосферная зарисовка, где Виктор умеет мурлыкать ]

Мягкий поцелуй за ушком, чуть ниже на холке и лёгкий укус за лопатки, а по телу Виктора бегут мурашки. Он напрягается, привстает вслед за уходящими губами и только тихо стонет от того, что Джейс возвращает его обратно.

– Виктор, что ты… – Джейс не успевает договорить, перед глазами буквально мокрый Виктор, что сидит на его коленях и улыбается. – Я могу сидеть так, и мне не больно, – блаженный выдох сопровождается неудачным движением рук, из-за чего в стороне что-то громко взрывается с ослепляющей вспышкой. Они одновременно поворачиваются туда и хмурятся. Как работает это чёртово пространство, куда они попали, у них нет понимания.

Вопрос о том, почему Виктор весь мокрый, распыляется сам собой. Потому что за окном дождь, потому что, возможно, он шёл до квартиры Джейса пешком, потому что одет не по погоде, потому что в этом весь он. Заваливается спустя три года молчания, и по глазам можно прочитать абсолютно всё, потому что врать он умеет, но только не при Джейсе. И в этом весь Джейс, который молча пропускает бывшего в квартиру, делает кофе по памяти, ведь рецепт выжжен на подкорке мозга.

На самом краю барной стойки, не попадая под свет тусклых ламп, ее уже ждут. Возвышаются темным пятном, болтая в руке стаканом с остатками виски – едва слышный стук кусочка льда о стекло.

Спешащая домой Вай, не попадая на свой рейс, оказывается на борту бизнес-джета с ооочень высоким уровнем обслуживания.

Прямо сейчас она в дальней комнате какого-то дома в Нижнем городе, на старом провисшем диване, освещенном одним только неоновым светом, проникающим внутрь сквозь окно высоко на стене. И прямо сейчас она тянет Вай за одежду, скользя пальцами по ее бокам, которые быстро двигаются в такт с ускоренным дыханием.