Сухо осторожно положил руку на голову Шиына. Его пальцы едва заметно согнулись, проскальзывая сквозь пряди волос. Он позволил себе почувствовать эту связь, медленно поглаживая затылок и перебирая мягкие волосы.

— Ха, — смеётся Сухо. — Шиын-а, знаешь? Я так хочу тебя поцеловать прямо сейчас. Он говорит это так легко, искренне, без капли смущения — в этом весь Сухо. Шиын так скучал по нему. Он не отвечает — в этом нет смысла, ведь он чувствует то же. Всё ещё плача, Шиын отстраняется от объятий и наконец целует Сухо — так, как мечтал целых два года. В поцелуй он вкладывает всю тоску и любовь, которые копились всё это время.

Шиын шевелится. Поворачивает голову. Смотрит. Не в глаза — на скулу, щеку, ресницы. И в его взгляде — все самые яркие звезды ночного неба.

— Я знаю, - шепчет Сухо, скользя губами к уху. Его голос низкий, как гул, пронзающий под кожу. — Я выучил твои движения.

— Как же ты безнадежно влюблен, — поэтично протянула Ени, как только дверь за парнем закрылась. Шиын возмущенно приложил палец к губам, призывая быть тише. — Да ладно, это и слепому понятно! — продолжала Ени настолько обыденно, что это немного даже задело Шиына: как можно так пренебрежительно относиться к столь возвышенному чувству? — До сих пор не понимаю, как он умудрился не заметить, это же очевидно… Хотя, в этом вы похожи друг на друга, — вдруг со смехом заметила она.

Шиын страдает от сильной бессонницы после всего произошедшего.

Исследование событий после 2-го сезона: что происходит после того, как Сухо просыпается. 5+1: Преодолевая последствия комы, Шиын и Сухо находят дорогу друг к другу. Или пять раз их прерывают, и один раз — нет. Основано на дораме.

Ён Шиын давно знал, что влюблён. Беззащитно — так, что даже дышать рядом иногда трудно. Безнадёжно — потому что не ждал ничего взамен. Просто он знал. Знал по тому, как взгляд Сухо заставлял его забывать, где он находится. По тому, как его голос отзывался внутри едва уловимым дрожанием. По тому, как всё внутри согревалось до невозможности, когда тот просто был рядом. Знал, но по-прежнему не догадывался, что влюблён был далеко не он один.

Шиын никогда не был в доме Сухо.

- Извини. — Сухо шепчет в ответ. — Не извиняйся. — Шиын прячет трясущуюся руку, взявшись за край ванны. — Мой лучший друг купает меня, как ребенка, потому что я не могу этого сделать, — с горечью говорит Сухо. — У меня черный пояс по тхэквондо и дзюдо. А теперь я не могу даже принять душ, не заснув. Ты, должно быть, думаешь, что я жалок. — Я думаю, что ты самый сильный человек, которого я знаю, — тихо говорит Шиын. — Это нормально, иногда нуждаться в помощи.

Им понадобилось ровно три раза, чтобы влюбиться друг в друга снова.

— Когда ты меня поцелуешь? — спрашивает он так же спокойно, как если бы интересовался расписанием уроков на завтра. Сухо замирает. Он даже не сразу понимает, что услышал. — Что?

Сиын найдёт тысячу причин, чтобы любить Сухо. И всего одну, чтобы его ненавидеть.

Сухо вдруг по какой-то совершенно непонятной причине начинает называть Сиына ласковыми прозвищами, а тот в ответ только и делает, что краснеет, теряется и в принципе не знает, как на это всё реагировать. А вообще... Это же совершенно нормально, когда лучший друг обращается к тебе «детка», да? Ведь все друзья так делают?

Четыре раза, когда Сухо и Сиын становились тихой гаванью спокойствия друг для друга, и один, когда стали взаимным безумием.

Сиын знакомится с Ёнъи в старшей школе, и очень быстро они становятся неразлучны. Ему остается только надеяться, что его любовь к ее старшему брату Сухо, который тоже ходит в их школу, останется в секрете.

Сухо раз за разом в шутку делает предложение Сиыну, в качестве кольца протягивая первое, что попадётся под руку. Сиын никак не реагирует на это «сватовство» до тех пор, пока сам не приносит кольцо. Настоящее. И тогда Сухо становится не до шуток.

Теперь дни, когда что-то, казалось бы, незначительное полностью выбивает Сиына из колеи, редки — но разрушительны, как внезапный шторм. Эта их новая, спокойная, тихая, драгоценная жизнь избаловала его. Но когда тьма всё же прокрадывается внутрь, она целится в самое сердце — наверняка и с убийственной точностью — и тогда проникает в самое его нутро, потрясая до глубины души.

Ребятам наконец-то удалось уговорить Шиына поиграть с ними, и они решили сыграть в «99 ночей в лесу», сделали его домохозяйкой, готовящей еду и заботящейся о базе, в то время как Сухо вел себя как его телохранитель каждый раз, когда тот выходил за приделы базы.

— Гадание на Таро? — спросил Шиын, просто повторяя за Сухо, потому что не мог думать, не тогда, когда рука Сухо тяжело лежала у него на плече, лицо было всего в нескольких дюймах, а губы, изогнутые в улыбке, манили его, словно мотылька на пламя. — Помнишь, — начал Сухо и отошёл, посмеиваясь. Рука Шиына на его спине потянула его немного назад, просто лёгким нажатием, чтобы Сухо встал параллельно ему. — Помнишь, когда я сказал, что мы точно были женаты в прошлых жизнях?