— Всегда носи с собой презервативы. Закончились — я куплю новые. Никогда не занимайся сексом с клиентом без защиты, — учил Чимина Юнги точно так же, как своих бывших блядей. — Не хотят с резинкой — звони мне. Если трахнули без защиты, а ты заметил только в конце — звони мне. Не бери в рот без презерватива. Никогда не глотай, если кончили в рот. Если дрочат тебе на лицо, всегда закрывай глаза. В этом бизнесе правила устанавливаешь ты. Понял?

Юнги, даже не дослушав, принялся раздеваться. Все еще не высохшая рубашка липла к его торсу, и на секунду Чимин задержал на нем взгляд. С каждой расстегнутой пуговицей Юнги обнажал бледную, почти прозрачную кожу, и вот когда последняя пуговичка была расстегнута, а рубашка снята с плеч, Юнги нахмурился и кивнул Чимину: — Раздеваться планируешь, или помочь?

Минхо смотрит на чёрно-белый кадр с молодым человеком, под которым крупными буквами выписано «Разыскивается». Потом смотрит на остолбеневшего незнакомца, которого только что случайно спас от погони. И это — вор?

В один из слившихся по цвету дней Минхо впускает его на территорию школы почти что случайно.

Минхо с вежливой улыбкой принимает в своей библиотеке каждого студента, но с Хан Джисоном, не возвращающим книги, делать это сложнее.

Минхо узнаёт о том, что Сынмин убийца, когда они смотрят телевизор; когда их отношениям третий год и когда Сынмин прижимается всем телом сзади.

Прошлой весной, за неделю до переезда Джисона в Малайзию, Минхо признался ему в чувствах. На которые ответить взаимностью Джисон не смог. Теперь не отвечает уже Минхо. Ни на одно из отправленных Джисоном сообщений. А еще Минхо больше не танцует со своей командой и вечно жует жвачку.

– Это было важное совещание, ты же понимаешь? – Минхо спрашивает тихо, а тарелку намывает так, будто пытается протереть в ней дыру. – Очень важное. Джисон только пожимает плечами и говорит на самом деле беззаботно: – Да, хен. Все в порядке. Я не обижаюсь.

Джисону снова хуже.

Хëнджин теряется в мрачных кабинках клуба, освещаемых лишь неоновой подсветкой, пока не встречает на своём пути луч света с созвездиями на лице, золотистой кожей и бархатным голосом.

Минхо и Джисон соулмейты. Только вот знает об этом только Минхо.

Джисон абсолютно самодостаточный омега, пусть и со своими проблемами. Джисон живет так, как ему хочется, ни под кого не подстраивается и своей свободой откровенно наслаждается. Ровно до тех пор, пока обстоятельства не вынуждают притвориться, что Ли Минхо, самый стереотипный альфа на свете, – главная любовь его жизни.

Минхо просто слишком сильно изменился. Джисон его просто больше не узнает.

Чтобы заставить своего парня ревновать, Джисон целует у него на глазах своего лучшего друга Минхо. План работает как-то не так, потому что по итогу ревнует только сам Джисон.

Джисон плакал, оставляя на домашней футболке Минхо свои слезы, а в душе пожирающую все червоточину сомнений, стоило ли оно того. Одно время Минхо казалось, что определенно стоило. Когда им разрешили жить вместе. Обниматься больше. Касаться друг друга так, как нельзя было до этого. Любоваться открыто, – это Минхо в нарушение всех правил делал уже давно, – и искать компании друг друга не делая вид, что это вроде как случайность. И когда ему впервые разрешили Джисона на камеру поцеловать.

Чан пару раз в жизни сказал что-то вроде «доиграетесь», но Джисон это не воспринимал на свой счет, потому что, камон. Что в этом плохого?

Джисона любят. А это — только способ проявления этой любви.

Джисон уверен: Минхо искренне попытался бы заверить, что в его асексуальности нет ничего страшного. Только Джисону меньше всего хочется, чтобы ради него жертвовали — Минхо заслуживает полноценных отношений.

Хёнджин и Джисон с предебюта состоят в сомнительных отношениях, которые сложно назвать здоровыми, а Минхо просто по уши влюблен, но не признается в этом даже себе.

Когда к их группе присоединяется Минхо, Джисон сразу понимает, что наконец нашел кого-то с похожим вкусом. На парней. А еще Минхо куда опытнее, поэтому попросить его помочь разобраться с глупой влюбленностью в Хенджина кажется максимально логичным решением.