Уилл нашёл самый лучший холст для своих рисунков.

Он на самом деле не должен был ничего спрашивать у Робин. Тогда бы прикосновения остались всего лишь прикосновениями, а взгляды — взглядами. Тогда бы в голове Уилла не зародилось сомнение. Мысль, что во всем этом было вложено что-то большее, чем просто… привычка. Да, так было бы лучше. Для всех.

Время, кажется, замедляется в этот самый момент или останавливается вовсе. Потому что Майк Уилер придвигается ближе и без тени сомнения касается губ Уилла Байерса своими губами. Медленно, невинно и так осторожно, словно парень перед ним может рассыпаться или разбиться, если он сделает лишнее движение. Поцелуй аккуратный, нежный и терпеливый, потому что он слишком особенный, а оттого ценный и самый настоящий. И это что-то новое, совершенно непохожее ни на что, что Майк ощущал раньше.

Зима в Хоукинсе ощущалась иначе, чем в Калифорнии. Здесь она была настоящей, кусачей, заставляющей искать тепло не только в камине, но и в других людях

Уиллер пригляделся внимательнее и увидел что зрачки Байерса закатились, сам он побледнел, а из носа шла кровь. До Майка дошло. Это сделала не Оди, это Уилл! Он использовал силу Векны! У него получилось! Майк был так рад, что не смотря на весь ужас ситуации, он улыбнулся. Искренне и счастливо, смотря на Уилла, на героя который его спас.

-и спасибо тебе за ту картину, она правда многое значит для меня и ... -майк ? какая картина ?

бабочки в животе? к черту бабочек, это какая-то бурная, перекипающая через край химическая реакция. как будто все это время что-то капало по капле, вызывая маленькие искорки — а теперь опрокинули целое ведро реагента разом, и вспышка становится настолько заметной, что игнорировать сложно. Майк Уилер догадывался, конечно, что влюблен в Уилла Байерса — но это момент, когда отрицать это становится не то что сложным, а вовсе невозможным. (последствия концовки 4 серии 5 сезона, все дела)

Майк, наблюдая за новой «парой», понял, дело было в Робин. Или всё-таки в нём самом?

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

— Хотя бы не смотри на него так. — А как я на него смотрю? — Уилл усмехается резко, почти болезненно. В этой усмешке нет ни капли веселья. Он открывает рот, чтобы добавить что-то ещё — колкое, острое, — но Майк не выдерживает.

Взрослые Майк и Уилл внезапно попадают в прошлое — во время затишья Векны. В то время когда их чувства ещё не были озвучены, а Майк всё ещё встречался с Оди. Они не стесняйс других ведут себя так, как привыкли: открыто и непринуждённо, показывая свою близость. А все вокруг смущены — ведь со стороны это выглядит как подозрительно тёплая «дружба». Иногда любовь находит дорогу сквозь время. Иногда она возвращается туда, где всё началось — чтобы получить шанс быть услышанной.

я впервые решилась опубликовать свое творчество куда-либо, поэтому готова к масштабному обсеру этого ночного шедевра

Уилл рассчитывал, что сможет скрывать свои чувства к Майку до последнего, но когда теплое дыхание окутало его шею, он понял, что не в состоянии сопротивляться.

Снег падал крупными хлопьями, превращая Хокинс в настоящую рождественскую открытку. Уилл стоял у окна своей новой комнаты — комнаты, которая всё ещё казалась чужой, несмотря на знакомые плакаты на стенах и коробки с карандашами на столе — наблюдая, как по подъездной дорожке к их дому приближается знакомый универсал Уилеров.

Когда Уилл начинает всё чаще проводить время с Робин, Майк внезапно сталкивается с чувством, которое всегда считал чуждым себе. Ревность медленно подбирается к нему, ломая старые убеждения и заставляя впервые спросить: что, если между ними с Уиллом есть нечто большее, чем дружба?

Может быть, идея Робин накрасить ногти Уилла была плохой, но Майк точно ни о чём не жалел. Или же милые Байлеры с накрашенными ногтями.

Говорят, что тех, у кого нет больше надежды, запутанные лесные тропинки приведут к домику на холме. И этим несчастным подарит надежду Уилл Мудрый. Воину с красным сердцем на тяжёлом стальном нагруднике повезло дойти до его дома, когда надежды уже не оставалось.

– Наверное, мне уже пора, – неохотно признал Уилл. – Зачем? – недоумëнно поинтересовался Майк, лениво листая страницы комикса. – Что зачем? – Зачем тебе уходить? – между бровями Майка пролегла морщинка, когда он нахмурился. – Ты можешь остаться здесь, почему нет? Ляжешь на полу или со мной, сегодня довольно прохладно.

В подвале Уилеров начинает сильно холодать и, чтобы не превратиться в заготовку для супа, Уилл решает найти способ согреться. Поднявшись в комнату своего друга Майкла, парень втихомолку берет чужую кофту, из которой выпадают неотправленные письма и записки. Прочитав их, у Уилла появляется план.

Майк не знал, что найдёт помощь в осознании себя в девушке, которую знает от силы два дня.