Илья Розанов — капитан «Бостон Райдерс», альфа и самый спорный игрок лиги, непривыкший держать под контролем амбиции и инстинкты. Шейн Холландер — капитан «Монреаля», безупречный на льду, но хранящий слишком много тайн, недопустимых для NHL. Один матч — и спортивная вражда превращается в запретное притяжение, где молчание становится выбором.

Шейн знал, что во время сна человек не способен притворяться. Можно сколько угодно прятать свои настоящие чувства за хоккейным шлемом в течение дня, но ночью все маски слетают. Никто не заставлял Илью обнимать его после того, как оба получили своё. И тем не менее он это делал.

Илья травмировал Холландера во время игры.

У него уже… рефлекс… Шейн говорит — всё внимание Ильи принадлежит ему...

После инцидента Шейна в больнице навещают его родители, Илья, Хейден и Клифф. Шейн под действием сильных обезболивающих не может скрыть своих чувств.

Шейн не может отдышаться, чтобы заговорить. На него обрушились удушающие волны ужаса и страха. Розанов лишь аккуратно приблизился, словно Шейн мог броситься прочь. «Дыши», — скомандовал голос Розанова. Шейн не уверен, сможет ли он когда нибудь снова дышать. ИЛИ У Шейна паническая атака перед финалом плэй-офф. Кто же сможет найти его, если не Розанов? Месяцы спустя Илья все еще не может отпустить эту ситуацию и пытается сделать так, чтобы Холландер снова подпустил его чуточку ближе.

Прежде чем лечить, русского мужчину необходимо зафиксировать

Скоро. Ско-ро. Илья любит и ненавидит это слово в равной степени. Это подарок Шейна на их позапрошлую встречу. Вечное ожидание.

Кажется себе крохотной снежинкой, тающей в огне...

— Эй, всё в порядке, — Илья со всей нежностью, не стесняясь взрослых взглядов родителей Шейна, утешает его, — здесь ты в безопасности, здесь твоя семья… Шейн поднимает лицо от стола и сквозь тихий всхлип отвечает: — Не только моя. Наша. Или частичка домашнего комфорта для Ильи. Она нужна была ему не меньше Шейна.

Настоящие domestic bitches Холланов. Ну и да, где-то там, Шейн Илью трахает. Но это вообще не суть. — Я хочу, чтобы ты меня трахнул, — сказал он, и Шейн резко открыл глаза. — Что? — спросил он через мгновение. Илья перевернулся на бок и ухмыльнулся. — Я хочу, чтобы ты меня трахнул, — повторил он.

— Все-все, больше никакого света и шума, — пробормотал Илья, больше для себя, потому что знал: Шейн его сейчас не слышит. Стоило им вернуться от родителей, Шейна накрыло. Но Илья, зная это состояние, без слов стал проводником обратно, помогая выбраться из трясины напряжения.

Илья Розанов попадает в крошечную аварию (с его слов). Шейн Холландер устраивает полномасштабную паническую перезагрузку системы по этому поводу. Параллельно где-то в коридоре Хейден молится о том, чтобы его кто-нибудь швырнул в озеро, или чтобы всё оказалось одним большим пранком, или чтобы на него упал метеорит. Он, правда, не привередливый. Джей-Джей тем временем пытается вывести кислотой из мозга картинку того, как их милый капитан страстно целуется с Ильёй-всем-пизда-Розановым.

«Ты начинаешь говорить как он». ⸻ Шейн срывается и погружается в тревожные мысли после того, как Скотт Хантер подкалывает его из-за Ильи. Илья его утешает.

Была одна вещь, которую Шейн не мог дать Илье.

«Мы даже не поцеловались.» История, в которой Шейн всё же отправляет это сообщение, а Илья бросается за ним вдогонку.

Илья — мужик с сильным характером. Но погодите — что это так болит в груди? AU, где Шейн учит глупого русского хоккеиста уму-разуму.

Что если бы Шейн не получил удар от Клиффа в «Жарком соперничестве»? Что если бы он в тот вечер пошёл к Илье, когда тот планировал с ним расстаться?

Вместо Шейна сотрясение мозга получил Илья во время матча «Бостон» — «Монреаль» в апреле 2017 года. Ошеломленный и взволнованный, Илья сначала говорил и отвечал только по-русски, и медики не могли его успокоить. К счастью, Шейн начал изучать русский язык после того, как Илья поговорил с ним по телефону из Москвы. Без какой-либо особой причины. Уж точно не потому, что он влюбился в Илью Розанова.

Четыре раза, когда Шейн был строг с Ильёй, и один раз когда не был, и у Ильи случился эмоциональный кризис.