Здесь не было ни императора, ни шефа жандармов – только жар, боль, безумное наслаждение и власть, которая не требовала жесткости. Потому что здесь Николай хотел подчиняться. И Бенкендорф с наслаждением давал ему это.

Чем может окончиться просто беседа на балу Жуковского и Бенкендорфа?

— Боюсь, я не тот человек, с которым можно говорить о праздниках, — Бенкендорф закрыл папку и положил ее на стол императора. — Почему же? — устало потер виски Николай Павлович. — Я их не праздную, — граф не любил разговаривать об этом. Это всегда выглядело в его глазах жалко. А ему совершенно не хотелось быть жалким, особенно перед Николаем Павловичем. Или история о том, как Романдорфы Новый год праздновали...

Серия жестоких убийств дворян повергает столицу в хаос. Бенкендорф, расследуя это дело, сталкивается с чем-то необъяснимым – вампирами. В одну из ночей он становится жертвой... Теперь, Днем он — верный слуга императора Николая I, ночью же — кровожадный монстр, терзаемый голодом и чувством вины. Бенкендорф должен найти способ остановить вампира, пока его проклятие не поглотило его и не уничтожило всех, кто ему дорог... Но как охотиться на другое чудовище, когда чудовище — это ты сам?

Николай - омега - взошел на престол и стал наводить свои порядки, но столкнулся с неожиданной стойкостью Бенкендорфа

Бенкендорф привык жить по принципу «готовься к худшему, а надейся на лучшее, но особо его не жди», потому новость о своём скором отцовстве он воспринимает сперва весьма радостно, а потом липкая паника накрывает с головой.

Обычно холодного и спокойного Бенкендорфа на эмоции могли вывести только два человека. Первым был Николай Павлович, из-за которого он улыбался, иногда смеялся и которого безмерно любил. Вторым, к сожалению, был Пушкин, который мог выбесить его за секунду. Бенкендорф хочет спокойной жизни, Пушкин в край наглеет, а Николай Павлович устает от последствий их стычек.

Николай сжимает власть в кулаке, но чем крепче хватка — тем сильнее трещины. Государство дышит ненавистью, заговоры множатся, а он больше не может терпеть этот груз в одиночку. В глубине души зреет странная, постыдная жажда: чтобы кто-то наконец заставил его сдаться. Николай понимает — контроль можно терять по-разному. Иногда для этого достаточно одного приказа... который он сам же и отдал.

Всесильный шеф жандармов Бенкендорф — железная опора Империи и тайная любовь Императора Николая. После заговора и покушения он исчезает. Его разбитую карету находят пустой. Николай в отчаянии начинает поиск, но Бенкендорф, чудом выживший, очнулся в глухом лесу с провалом в памяти. От былого величия осталась лишь окровавленная рубаха и мучительный шёпот в пустоте: «Кто я?...»

Наводнение в Петербурге. Бенкендорф, не жалея себя, спасает людей, а после заболевает. Николай, всегда восхищавшийся им, не может не прийти к нему. Горячечный бред обнажает тайные чувства, и слова, полные преданности и невозможной любви, срываются с губ, открывая пришедшему к нему Николаю бездну в сердце верного слуги. Он видит в Николае небесного посланника. – Ангел... – говорит хрипло Бенкендорф. – Ты знаешь, как я люблю его... – Кого, Александр Христофорович? – Николая Павловича...

У всех бед одно начало — сидела женщина скучала. Лизон правда не сидела. И не скучала. Она поднималась по лестнице и была очень занята. И случайно стала свидетельницей совершенно ненормального явления. Поэтому теперь она надевает охотничью кепку, закусывает трубку и начинает расследовать сложное и запутанное дело с кодовым названием "Личная жизнь жандарма".

Одному Богу известно, как же Николай Павлович хотел избавиться от груза на плечах. Богу и шефу корпуса жандармов, который скрашивал унылые императорские будни.

История одного неловкого случая.

– Александр Христофорович, в таком случае я обещаю лечить каждую вашу головную боль. – Что-то вы плохо стараетесь, уважаемый лекарь…

– Александр Христофорович, не поверите, ещё утром хотел написать вам, что вы мне кое-что задолжали, и меня радует, что вы сами об этом вспомнили.

я вернулась..

Петербург, наши дни. Николай, в чьей душе живёт император, и его бессмертный защитник Бенкендорф обрели хрупкий покой. Но из прошлого является новый вампир — безумный призрак, одержимый поисками Пушкина. Его жертвой становится парень, от которого исходит точный, болезненно знакомый Бенкендорфу запах поэта. Прошлое снова настигает их. Смогут ли они защитить невинного и остановить призрака, несущего в себе скорбь двух столетий? Или эта встреча навсегда разрушит их хрупкий мир?

Бенкендорф всегда знал, что любить он не умеет. Бенкендорф Больше всего на свете сейчас нуждался в любви

Николай Павлович, император Государства Российского. Великий князь и самодержец, был сбит с толку. А еще лежал на кровати и гладил Бенкендорфа по волосам.

Саша не понимает, как они докатились до такого. Все началось постепенно, поначалу даже заметно этого не было. Сначала папа переехал на диван. Потом папины вещи в коробках переехали в коридор. Потом коробки переехали в какую-то студию, недалеко от его работы. Но там они надолго не задержались, и вот, папа и папины вещи теперь живут в одной квартире в старом фонде, недалеко от центра, папиной работы и школы. А потом появился Он.