Это не было ужасно. Этот вечер был далек от ужасного. Они прощались, и напоследок Киришима положил руку ему на плечо. Видимо, чтобы окончательно добить. Если Бакуго и дрочил тем вечером, вспоминая большие загорелые руки и пухлые губы, Киришиме об этом знать совершенно необязательно. АУ, в котором Киришима строит собственную кофейню, живет в одном доме с Бакуго и периодически тупит. Бакуго просто старается ничего не испортить.

Киришима чувствует постоянную необходимость в физическом контакте с Бакуго. Не то чтобы Бакуго был против.

Впервые Киришима замечает это на их маленькой ночи кино, куда вездесущий Каминари притаскивает чёрт знает где стыренное пиво и огромную пачку сладкого поп-корна. Бакуго замечает это одним сырым утром из длинной череды других, смешавшихся в неразборчивую кучу.

альфа плюс альфа равно

Киришима поймал его в ловушку, из которой Бакуго не мог выбраться, и что самое хреновое – Киришима это даже не планировал. Он об этом даже не подозревал.

У Киришимы краш в парня с миллионом подписчиков в инстаграме, три подписчика в его собственном и одинокая ночь за барной стойкой. А может ещё совсем немного рождественского волшебства. Ау! Где Киришима бариста, а Бакуго просто не хочет праздновать рождество.

Его всегда, вообще-то, бесили дети. И да, эти мерзкие слюни тоже, которыми они умудрялись запачкать весь его геройский костюм, но блять, он в тот миг желал — пусть они хоть соплями и дерьмом его измажут потом, — но спасти!

Эйджиро Киришима единственный человек, который понимает Бакуго. Он его лучший друг или всё так не друг..?

Киришима слишком часто обижается, а Бакуго ну совсем не понимает на что. И в очередной раз это выливается в нечто забавное.

Бакуго живет в многоэтажном доме, и Киришима любит по вечерам приходить к нему, сидеть вместе на крыше и наблюдать за городом свысока. Беспричудное AU.

Однажды в какой-то статье Киришима прочитал о том, что хотя альфы и считаются хозяевами жизни и основой общества, но именно омеги незаметно управляют ими. О том, что с биологической точки зрения именно альфы нуждаются в омегах. О том, что альфы никогда не узнают истинного счастья без любимой омеги под боком.

А те­перь он за­сыпал ря­дом с яр­ким Сол­нцем, це­ловал его, за­щищал и слу­шал все то, что иной бы пос­чи­тал ос­кор­бле­ни­ями.

Страх перед будущим, в котором он не сможет постоять за себя, не то что за других. Страх перед тем, что он так и не сможет стать тем, кем бы гордились родные. Страх перед осуждением. Всё это он смог преодолеть, заглушить, затолкнуть в себя как можно глубже, чтобы эти сомнения больше не портили ему душу. Но они всегда оставались при нём.

Мандарины, аллергия на цитрусовые и глупая, по мнению Бакуго, влюблённость.

Киришима никогда долго не задерживался, тем более никогда не забывал и... И поэтому это было странно. Киришима не пришёл. Кацуки не волновался. Совсем-совсем нет!

Когда у твоего партнёра язык любви - это акт служения и забота, всё идёт наперекосяк. Особенно если это Бакуго Кацуки.

Всё было бы хорошо. Всё было бы просто отлично, если бы Несокрушимый не был бы так непозволительно горяч.

«Завтра я приду на ужин вместе со своим парнем. Я этого не хочу, но он продолжает быть занозой в заднице, потому что желает познакомиться с вами. Не облажайся, карга.» - Это угроза, Масару, – сказала она, застыв у двери и не повернувшись. – Предупреждение для меня. Не испортить всё на этот раз или конец. А мы все знаем, как я хороша в этом.

Бакуго не привык принимать заботу и удовольствие. Бакуго не привык, что кто-то хочет позаботиться о нём и доставить удовольствие.

Эйджиро слишком потрясающий, чтобы быть правдой. В нем слишком много нелепо-идеального, обычно-прекрасного, заурядно-невероятного. Огромная большая несуразность, в которую так легко влюбиться.