Калеб не может уснуть после рассказа о своем прошлом Бо и Нотт, и его замечает Молли, провожающий «массажистов».

Калеб не мог усидеть на месте. Это было едва ли не первым, что Молли о нем узнал. Он то потирал пальцы, то гладил кота, то переминался с ноги на ногу. Каждый раз, когда они оказывались в новом месте, он первым делом проводил пальцами по всем поверхностям, стенам, столам и окнам. Казалось, он жил осязанием, неугомонный в своем беспокойстве, если только не начинал вертеть что-то в руках. Молли известны привычки Калеба. Так что по правде он сам виноват в своем нынешнем затруднительном положении.

Написано по заявке для кинк-феста: «Калеб теперь легко может найти дорогу в секс-шоп. А раз уж они в большом городе, то пришло время заработать немного больше денег благодаря старейшей профессии… может быть, работая glory hole в том магазинчике…»

С самого момента возвращения сознания Молли выяснил, что был хорош в трех вещах: тасовании карт, очаровании людей и сексе. И внезапная неловкость удивила — за все это время Молли ни разу не ронял карту, если сам того не желал. Он поднял ее с земли и невольно перевернул лицом вверх. Губы растянулись в ухмылке, Молли глянул вслед бредущему вперед Калебу и сунул карту обратно в колоду. Любовники.

Это было простое задание. «Зашли-сделали-вышли»-задание. «Всё может пойти не так в любой момент»-задание.

Если я скажу "люблю", поймешь ли ты, насколько сильно?

Моллимок случайно узнает, что Калеб не ровно дышит к его хвосту

Он словно кот, который выбирает самые больные места. Выискав самое болезненное, он ложится, мурчит и от одного его присутствия становится легче. Нельзя понять его логику, невозможно понять цель, которую он преследует - он просто это делает и все, ради каких-то своих скрытых интересов, на вопрос о которых он скажет лишь: "Я не знаю."

- То есть завтра стащить ее можно?

- А бани раздельные или?..

Калебу в целом не нравилось, когда кто-то подходил к нему слишком близко — он предпочитал держать дистанцию со всеми, и потому, когда Моллимок прижал его к стене и приблизился настолько, что они едва не касались кончиками носов — Калеб застыл от шока и не посмел встретить взгляд.

-Нравится? -Ты не первый тифлинг, которого я встречаю. -Но первый, кто разрешает себя трогать? -Ммм... не скажу, что было желание трогать других. -О, это что сейчас был флирт? Продолжай, я заинтригован.

Они безоружны, связаны по рукам и заперты в тёмной комнате, за дверью которой – неизвестность. Худшего сценария нельзя и придумать.

Пять раз, когда Перси и Вакс засыпают рядом, и один, когда они вместе просыпаются.

Сборник коротких зарисовок по Перси/Вакс. Очень много тактильности.

Кожа у Перси тёплая, согретая жаром пламени. У его Перси, который вечно замерзал во сне и прятал лицо на плече Вакса, зарываясь поглубже в одеяло. У его Перси с вечно холодным кончиком носа и ледяными пальцами, но всё равно предлагающего свой плащ на морозном ветру.

С одной стороны — бережные, осторожные до лёгкого трепета прикосновения Вакс’илдана, его объятия, защищающие и успокаивающие. С другой — резковатые и порывистые объятия сестры, цепляющейся пальцами за одежду.

Вакс знает, что Перси занят работой и его нельзя отвлекать. А ещё он знает все его уязвимые места и нагло этим пользуется.

Иногда нужно помочь чудесам случиться.

Де Роло не хотел больше никого убивать. Даже из мести. Жаль только, что его желание не разделяли...