— Кто там? — спросил Сухо, не оборачиваясь. — Можешь ответить за меня. Наверное, бабушка? Она говорила, что наберёт сегодня. Заметив затянувшуюся паузу, Сухо всё же обернулся, и на его лице теперь читалась лёгкая тревога. — Что такое? Всё в порядке? — спросил он, с явным беспокойством всматриваясь в лицо Шиына. Шиын молча протянул ему телефон. — Это твоя мама. Или: телефонный звонок, ставший началом долгого и очень важного ночного разговора.

— Ты вообще умеешь проигрывать? — Я просто редко оказываюсь в ситуациях, где это возможно. — Тогда сыграем на слабо. А когда проиграешь, выполнишь моё желание. — Ты хотел сказать "если" проиграю.

Сухо не знает, что делать со всей этой щемящей грудь тоской, и единственное, что раз за разом подсказывает ему мозг, — это продолжать бежать от неё как можно дальше.

— В Ён Шиына? — Сухо смеется. — Конечно, я люблю Шиына. Я люблю Шиына, люблю Шиына! — Он машет рукой в воздухе, имитируя взрыв. Его любовь могла бы сравнять с землей здания. Целые города. — Ва-а-а! Любовь! Пш-ш-ш! Любовь! Пф-ф! Любовь! Супер-пупер-любовь! или Шиын случайно подслушивает признание Ан Сухо.

Сухо обнаруживает, что во сне Сиын превращается в тактильного монстрика, который нуждается в обнимашках. Хотя, возможно, он уже давно догадывался об этом.

Может быть, Шиыну стоит хотеть меньше — может быть, в этом его проблема. Или: Сухо отдаляется.

Вот уже несколько недель Сиын ведёт себя странно. Как-то не так. Сухо помалкивает и делает вид, что ничего не замечает, но всё-таки он видит.  То, как его очаровательный мальчик стал избегать прикосновений; его нежелание садиться к Сухо на колени, хотя раньше Сиын устраивался на его бёдрах без тени сомнений — все эти на первый взгляд незначительные моменты, словно пазл, складываются в тревожную картину, смысл которой Сухо пока не может понять.  Или: Сиын набирает вес.

— Ах, Сухо, сегодня Джунтэ рассказал мне кое-что очень важное — слушай внимательно, — она подалась вперёд, и Сухо сделал то же самое.— Шиына пригласили на свидание, — прошептала Ёни, напустив на себя серьёзный вид, а потом разразилась смехом. Сухо как раз делал глоток пива. Он широко распахнул глаза и едва сдержался, чтобы не выплюнуть его. или. Сухо наконец задумался: а не встречались ли они с Шиыном всё это время, а он просто об этом не знал?

Шиын не думал, что Сухо нравятся тихие, начитанные девушки. Но Саранг симпатичная. В этом есть смысл. Конечно, в этом есть смысл. Так почему же Шиыну хочется вырвать прямо на ботинки? Или, у Сухо девушка, но есть одна проблема: она точная копия Ен Шиына.

Чувство вины по ощущениям как будто тебе вспороли живот, и твои гнилые кишки вываливаются наружу. И вот на глазах выступают жалкие слёзы. И вот рождается желание перерезать не живот, а руки, уже не метафорично. Кровавая бойня над собой. Шиын этим чувством дышит. Им же и задыхается, выкашливая наружу свою бесполезную любовь.

Си Ын ждал, что Ён Бин скажет, что все это было больной и извращенной шуткой, но когда он почувствовал, как толстый член прижался к его ягодицам, его полностью охватил страх.

— Когда ты меня поцелуешь? — спрашивает он так же спокойно, как если бы интересовался расписанием уроков на завтра. Сухо замирает. Он даже не сразу понимает, что услышал. — Что?

Ан Сухо. Он был знаменит в университетском кампусе, но Сиын никогда с ним не встречался и даже не видел его. Его не интересовали дружеские отношения — это только мешало учебе. Он общался только с двумя людьми. Со своим лучшим другом Джунтэ и своей девушкой Суа. Что ж, теперь она, наверное, его бывшая девушка.

Четыре раза, когда Сухо и Сиын становились тихой гаванью спокойствия друг для друга, и один, когда стали взаимным безумием.

— А мы с Шиыном встречаемся! — Ёни выглядит отвратительно счастливой, а у Сухо внутри что-то обрывается. Забыв разом все слова, он тупо улыбается, сквозь вату в голове пытаясь подобрать в ответ хоть что-то вразумительное.

— Следи за своими шаловливыми руками, - выдохнул он, глухо, с тяжёлым оттенком в голосе. Не злым - но и не терпеливым. В этом голосе была вся тяжесть сдерживания, вся трещащая натянутость, сгорающая под кожей.

Именно в тот момент, когда мужчина наклоняется вперед, опираясь на руку, Сухо затаивает дыхание и с тихим стоном кончает себе на ладонь — камбой опускает голову, стонет, а затем поднимает лицо, открывая взгляду маску, но его глаза — большие и манящие — пристально смотрят в камеру, полные страсти и отчаяния, а брови сдвинуты под темными волосами. Он кончает на свою руку густыми струями, ресницы трепещут, и Сухо видит розовый румянец, проглядывающий из-под маски. Этот камбой — Сиын.

Сухо и раньше пропускал важные события. Но он поклялся, что никогда не пропустит день рождения Сиына — даже пообещал, что выключит свой телефон и будет игнорировать паучье чутьё. Только в этом году он почему-то изменил своему обещанию — и поэтому Сиын сейчас наслаждался супом из говяжьих костей — уже остывшим — в полном одиночестве. Или ау, в которой Сухо — Человек-Паук.

Иногда Шиын не мог уснуть, поэтому занимался в тихом баре, где ему никто не мешал. Это работало — ровно до того момента, как туда вошёл самый отвлекающий мужчина, которого он когда-либо встречал. Доп. теги: студент-медик Ён Шиын и боксёр Ан Сухо

Сухо всегда беспокоился о Шиыне, когда они расставались, поэтому он приобрёл им парные браслеты. С помощью этих украшений они могли сигнализировать друг другу о том, что всё в порядке. ​Шиыну браслеты нравились. Ощущение вибрации на его запястье служило настоящим утешением, даже если Сухо просто сообщал: «Я голоден». ​Пока однажды сигналы не прервались.