Ты мой свет, поэтому я не отпущу тебя.

"Идиот" - только и подумал он, прежде чем оказаться под теплой толщей воды, прижимая корпусом оголенную плоть к холодной плитке. А вот кто именно из них идиот, не известно.

Агеро остается на ночь присматривать за Баамом, когда тот в очередной раз падает в обморок.

Порой Агеро готов был поклясться, что особая способность Баама – умение влипать в неприятности.

Вместо приключенческого фильма на вечер на двоих Баам случайно скачал порно-видео.

У Агеро уже в привычку входит ворчать по утрам. Баам находит способ изменить это.

Следующим утром Агеро победно улыбается, лёжа в кровати и прижимая к себе спящего Баама. Всё прошло ровно по его плану, лишь с небольшими изменениями, которые никак не повлияли на итог. Он с нежностью проводит по чужим волосам, стараясь не разбудить. Баам очень устал за ночь, а потому должен как следует выспаться. Смотря на улыбающегося во сне чужое лицо, он добавляет, что результат получился даже лучше чем он ожидал.

Почти полночь, а Кун до сих пор не вернулся. Баам начинает волноваться.

А уже спустя пару минут Баам засыпает прямо на чужих коленях разморённый легкими поглаживаниями по спине. И перед тем как окончательно уснуть в его голове проносится ответ на один из его вопросов. Губы у Агеро на вкус как сладкая мята.

Иногда бывает, пары ссорятся.

В Башне существовали те, кто были связаны меж собой. Их, вроде как, называли соулмейтами. Куну редко приходилось слышать о таких, ведь мало кому была дарована подобная связь, не говоря уже о тех единицах, что нашли своё, так называемое счастье. И признаться честно, Агеро без понятия, стоит ему радоваться, что он попал в число этих людей или же биться головой об стену, ведь как вообще это объяснять Бааму, который о родственных душах даже ни разу не слышал?

Господин Кун, я принадлежу только вам.

Мог ли Баам тогда предположить, что Агеро пошёл в своего отца не только внешностью и способностями?

Баам звонит Агеро, соскучившись по ласке.

Поцелуи, поцелуи, поцелуи... Впервые так близко, впервые так тепло.

Просто Агеро и Баам наслаждаются и согревают друг друга холодным февральским утром

Куну кажется, что он держит в ладонях чашу с горячим жидким золотом, обрамленную по краю каштановым шелком. Сорванный плачущий шепот почти сводит с ума: – Кун, научи... Пожалуйста...

– Подожди, ты реально думаешь, что он после этого перестанет на тебя обижаться? – Спрашивает Рахиль, наблюдая за тем, как её друг рассматривает себя в зеркале. – Не думаю. Я уверен, – отвечает Баам, поправляя чулки.

Руки у Агеро всегда прохладные, а сейчас и вовсе кажутся такими, словно он только что с морозной улицы вернулся. Баам млеет, прикрывая веки, и трется щекой о его ладонь. Чужое прикосновение приятно леденит, поэтому он не спешит отстраняться. И почему рядом с Агеро ему всегда так спокойно? Окутанные темнотой, они молча смотрят друг на друга, и Бааму кажется, что сейчас все правильно, что так и должно быть. Не важно, что глазной контакт длится намного меньше.

На этот раз целоваться Агеро не спешил.