Сузуэ вмешивается в любовную жизнь брата или, точнее, в её отсутствие.

Если Дайске не посылает Хару на риск, он прекрасно справляется с этим сам. Хару же самостоятельный. Он же думает. В принципе каждый раз, когда Хару что-то там себе думает, это выливается в опасную для его жизни ситуацию. Каким-то совершенно, мать его, невероятным образом.

Хару стонет, зажмуриваясь, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы прижать кровавый кусок ткани к ране. Не срабатывало... В глазах мутнело сильнее и сильнее, всё начало угасать- **Вжух.** Хару резко распахивает глаза, когда что-то хлёстко ударяет его по щеке, странно знакомый металлический запах наполняет ноздри. И внезапно мир вновь приобретает резкость, он слышит своё собственное тяжёлое дыхание, пока осознание того, что Камбэ сейчас сделал, отрезвляет его, наполняя возмущённой яростью.

Раньше — да, Дайске бы прошел мимо, не обратил внимания, посмотрел бы насмешливо. Но сейчас от Хару идёт тепло, такое жаркое, влюбляющее, уютное — изменяющее Дайске постепенно уже несколько месяцев подряд, от кончиков пальцев и до самого сердца.

Дайске почти подъехал к дому Хару, когда раздался голос системы, оповещающей о новом сообщении от Камэя. Като опять попал в эпицентр событий.

Хару обижается на Дайске, а тот пытается решить проблему в своей привычной манере, но, к сожалению, все идет не по плану.

Coffeeshop au! Хару работает в сети кофеен, а Дайске ею владеет (почувствуй разницу). – Я принял решение доверить тебе свою жизнь. – Глупое решение, ну правда. Это мир Дайске Камбэ, и Хару просто живёт в нём.

Хару решил вспомнить, что подарил ему Дайсукэ впервые.

Дайске на секунду отводит взгляд и снова смотрит на Хару: — Я понял, что потерял много вещей в своей жизни, потому что раньше сосредотачивался на деле моей матери. Я хочу почувствовать и попробовать то, что потерял. Но только с человеком, которому я доверяю. — холодно говорит он. — Итак, помимо ночевки, чем еще ты хочешь заняться? - хмурится Хару. Дайске наклоняет голову и ухмыляется: — На самом деле, я подготовил несколько списков об этом. Но я скажу тебе три лучших пункта.

Дайске теряет память, и Хару понимает, как это может ранить.

Подход у них был разный. Хару в основном прислушивался к себе, вспоминал о том, что его раздражало в собственных родителях, и не позволял себе думать за неё — она должна была сама решать, что ей любить и что делать, и неважно, сколько ей лет. Дайске же воспринимал в этой жизни всё как очередную миссию. И воспитание их дочери стало для него самой главной из них.

— Спокойной ночи, — лепечет Като и невесомо, почти неощутимо целует эту бесячую тёмную макушку, из-за чего даже шея начинает покрываеться красными пятнами. И всё-таки, в этому мире существует нечто поистине бесценное.

— Дайске Камбе, — поднимает предупрежающе палец, — делай что хочешь. Можешь даже продолжать эти… преследования? Но, никакой. Никакой твоей недоромантики.

На самом деле Дайске очень похож на кота.

Во вторник случилась трагедия - у Дайске закончились деньги.

Дайсуке понятия не имеет, что с этим делать, но, кажется, он влюблён.

Стоит ли отмечать годовщину отношений, которые даже не были озвучены?

С тех пор на его столе побывал уже целый цветочный магазин (или даже плантация). Но ни разу Дайске не смог попасть в цвет той самой розы. Или небольшая история о разочаровании Сузуэ, немного глупом Дайске и как Хару за всё расплачивался

Кажется, Дайске Камбэ сошел с ума - свихнулся от избытка незнакомых чувств, умер от передозировки; Хару настойчиво маячит перед глазами, а ошибки прошлого становятся выбором настоящего.

Это даже не начинало "чувствоваться". Как удар со спины — незаметный и поражающе сильный — неопределённое чувство заполняло Хару до края, а тот старался не разлить ни капли, пока Дайске расшатывал его из стороны в сторону. — Посмотрим, как ты тут без меня, — последнее, что услышал Като от детектива. "Посмотрим", — грубо, пафосно и открыто. Но лишь в своей голове.