— Гэгэ, не закрывай глаза.

Хуа Чэн и представить раньше не смел, что утро может быть таким добрым.

— Ваше Высочество, — Хуа Чэн облизывает губы, — Вы мне доверяете? — Не Ваше... — шепчет в ответ Се Лянь, улыбнувшись уголками губ. — Ч-ч-что? — спрашивает Хуа Чэн, заикаясь, будучи явно неготовым к такому ответу. — Я уже Твоё Высочество, Сань Лан, — продолжает шептать Се Лянь, получая немыслимое наслаждение, казалось бы, от такого странного ощущения, как сильное сжимание запястий. Будто Хуа Чэн хотел пригвоздить его к кровати.

Хуа Чэн умел и любил удивлять, потому что реакция Се Ляня на его выходки бесценна. Видеть, как загораются счастьем глаза; как расцветают щёки нежным румянцем – всё это было дорого его мёртвому сердцу. Он корит себя за непристойные мысли, но не может удержаться от предложения, на его взгляд, безумно мерзкого. Он ждёт презрения и отвращения, но получает лишь любовь и ласку. В голове тревожным огнём горит лишь одна фраза: нельзя соединять божественное с безобразным.

Се Лянь устал от постоянных оскорблений со стороны небожителей, а Хуа Чэн готов стереть их в порошок.

Се Лянь узнаёт об интересных свойствах демонического праха и решает применить новые знания на практике. Ведь как бы Его Высочество это не отрицал, он любит эксперименты в постели.

Се Лянь еще в самом начале их сексуальной жизни заметил у своего мужа одну особенность — он невероятно сильно любит, когда им пользуются.

Хуа Чэн ведёт себя странно, и Се Лянь не может понять почему.

В тускло освещённом углу маленького храма Се Лянь думает, что никогда ещё не был так счастлив.

Хуа Чэн всегда будет рядом с Се Лянем, чтобы помочь ему справиться с самыми страшными и темными кошмарами.

У Хуа Чэна плохое утро. Се Лянь более чем готов провести весь день в постели, обнимая своего мужа, пока он не почувствует, что может встать.

— Сань Лан, — невыносимая ласка топила, — ты не забыл, о чём я просил? Хуа Чэн сглотнул. Он не забыл. — Гэгэ просил звать его по имени, — ответил он, пользуясь небольшой передышкой. // Хуа Чэн готов пойти на всё, чтобы сделать Его Высочеству хорошо. Даже если это не всегда легко даётся.

Такой Хуа Чэн принадлежит только ему

Его Высочество стесняется.

- Ваше Высочество, у меня есть еще одно желание. Позволишь мне невинную шалость? Обещаю, тебе понравится, - просит Хуа Чэн, голосом полным покорности, в то время, как в глазах пляшут черти. - Ну как я могу тебе отказать, - выдыхает Се Лянь.

Брачная ночь и донельзя смущенный Се Лянь.

Шелковая лента обвилась вокруг тонких запястий Се Ляня, поднимая их над головой и резко сковывая движения.

Стараниями Хуа Чэна Се Лянь начинает чувствовать себя красивым и желанным и решается на отчаянный шаг.