Все драконы в какой-то степени собственники. В большей или меньшей. Невиллет — в чертовски большей, поглощающей без остатка, до костей, а после и сами кости. Будь его воля, он бы не оставил от Ризли ни капельки.

– Вы можете просто вытащить её из себя, если захотите, Ваша Честь, – вкрадчиво прошептал Ризли. – Вообще-то, вы могли вытащить её ещё раньше. Но вы этого не сделали. Нёвиллет хотел было что-то сказать, но осёкся, почувствовав внезапное облегчение – игрушка внутри него наконец перестала вибрировать. Видимо, Ризли нажал на кнопку на пульте позади себя. – Разве ты так просто сдашься, Нёвиллет? Не всё же тебе тестировать меня. У судей тоже должна быть железная выдержка.

– Мда, – глубокомысленно изрекает Венти, сверля взглядом потолок. Вот что-что, а эротические сны с Сяо ему ещё не снились.

– Ты невероятный, Сяо, – мурлычет Венти, оставляя мимолётный поцелуй в уголке губ. – Самый лучший, прекрасный, я хочу написать сотни песен в твою честь, – никак не унимается он и опускает голову, чтобы прижаться губами к сильному плечу с татуировкой. – Я хочу быть рядом, чтобы помочь тебе и сделать счастливее.

Что же было эстетикой для Сяо?

Почти ощущая у себя во рту вкус предстоящей аппетитной еды, Тарталья никак не мог предположить, что, придя домой к Чжун Ли на их совместный ужин, самому Чайлду придётся взять на себя роль главного блюда.

Такие предложения для Лини слаще любого круассана с глазурью из популярных фонтейнских лавочек и пекарен. Для Лини это — призыв к действию. Все равно что приглашение поиграть на выдержке Итэра, которая была натренирована за столетия, но почему-то неумолимо трещала перед иллюзионистом. Действительно, магия. Какое-то волшебство, почти что чары — Итэр попался и не желает вызволения. Желает он только одного. Лини.

— Чего таить, я видел, как прошлой ночью ты занимался самоудовлетворением в прачечной, уткнувшись лицом в мои одежды...

Возможно, стоило бы думать об этом заранее, до чего может довести такая шалость... Ведь этим утром все в округе теперь знают одно точно: я — его сожитель, и моя арендная плата ему очень и очень специфична.

Кавех просто обожает, когда аль-Хайтам отчитывает его.

Взглянув украдкой на электронные часы, горящие зелеными цифрами: 00:01, 9 июля, Хайтам улыбнулся (Архонты, Кавех и правда забыл) и бросил небрежно: — Эй, Кави… С днем рождения.

Кавех и не подозревал, что будет, если он переедет к Аль-Хайтаму. Он и не думал жить с ним, ведь Аль-Хайтам замкнутая сволочь. Все переменилось, когда Хайтам не только пригласил его к себе, но и раскрыл о себе некоторые неожиданные факты.

Смирившись с поддержкой во время течки от соседа, Кавех забыл о том, что у альф тоже есть цикл. Возможно, Аль-Хайтам был слишком гордым и справлялся сам, но Кавех никогда не чувствовал, что у его соседа начались те самые дни до этого момента.

— У тебя никого не было, — не вопрос — утверждение, пока рука находит бедро и гладит по нему мягко, успокаивающе. У Хайтама от этого успокаивания всё нутро в тугой жгут закручивается. — Раз ты скрывался столько времени. Уверен, что хочешь, чтобы твой первый раз был таким? Хайтам всё-таки закатывает глаза.

Хайтам не смотрит в глаза, а Кавех не ищет его взгляда. Он бросает что-то про то, что ему надо уехать на несколько недель, на что Хайтам задумчиво кивает, будто даже не слыша, чисто по привычке. Когда за Кавехом закрывается входная дверь, Хайтам роняет лицо в ладони. Ему плохо.

Жить с альфой, не имеющим пары, — та еще задачка. Временами Кавех справляется. Временами все идет кувырком//AU лев!Кавех и тигр!аль-Хайтам

Кавех не был обделен выбором партнера, для альф его кандидатура была завидной партией, за которой охотно бегали на любом курсе академии. Только сам Кавех еще на втором предпочел им отстраненного и холодного Хайтама. Их отношения пережили уже год, но имели небольшой изъян, дающий трещину всем ожиданиям Кавеха и повод для сомнения и слухов среди студентов. Они до сих пор не переспали.

Аль-Хайтама трахают перед зеркалом.

Кавех внезапно стал получать подарки от «тайного поклонника», хвастаясь этим перед друзьями, пока аль-Хайтам невозмутимо смотрел на все это

Если ваш любовник вернулся после двух месяцев тяжелой работы и еще более тяжелого сексуального воздержания - сжальтесь над ним, а то он доведет себя (и вас) до ручки.