— Иногда ты поступаешь со мной слишком подло, — тихо шепчет Кавех и едва не прикусывает язык, осознав, что именно только что произнёс. Лучше быть пьяным, чем до смерти уставшим. Так, по крайней мере, он болтает без умолку безобидную правду всем вокруг, а не аль-Хайтаму. Потому что есть вещи, о которых не принято говорить вслух.

То, что Кавех с порога заедет ему металлической ложкой по лбу – Аль-Хайтам точно не ожидал.

Последнее заседание мудрецов длилось почти тринадцать часов, Аль-Хайтам хочет просто наконец-то оказаться дома, а Кавех — дурак, который ничего не понимает (или понимает слишком много).

После очередного обеда с Кави компания решает поспорить, когда они с Аль-Хайтамом наконец сойдутся. «Три месяца. Десять тысяч моры», – делает свою ставку Сайно. «Всего три? Восемь, – ухмыляется Дэхья, – та же сумма». «Два года и десять монет моры?..» – подаёт голос Коллеи. «Тоже десять тысяч, а вот срок... – Тигнари нанизывает очередной гриб на вилку. – Примерно никогда».

В таком духе проходят их дни. Аль-Хайтам возвращается из Академии злой и приставучий, Кави продолжает изображать саму невинность. Тигнари бесстыдно хихикает в кулак при встрече.

Аль-Хайтам ненавидит прикосновения, а Кави ненавидит невозможность коснуться любимого человека. Замкнутый круг.

Кави вздрагивает, когда Аль-Хайтам вдруг высвобождает руку и разворачивает его к себе лицом. Теперь они смотрят друг другу в глаза, и взгляд Аль-Хайтама, неожиданно серьёзный, блуждает по лицу Кави. В этом ракурсе лампа отбрасывает на него странную золотую тень, подчёркивая напряжённые скулы, растрёпанные волосы, цепкость взгляда. Голос Аль-Хайтама, неожиданно глубокий и тихий, пробирает до костей, до самого сердца, заставляя всего Кави сжаться: "Думаешь, я к тебе равнодушен?"

Кави жалуется на упрямость и безразличие Аль-Хайтама, тот, в свою очередь, возмущён его ограниченностью и консервативностью; научный труд превращается в полный бардак, и Кави со скандалом бросает работу над исследованием. Он выпускается, уезжает в Фонтейн, оставляя статью и лавры Аль-Хайтаму. Всё, что на самом деле остаётся ему от Кави – следы туши, гуаши, масла и графита на ладонях. / Soulmate AU: на руках соулмейта появляется всё, чем пачкает руки партнёр.

Кави сидит всего в паре столиков, мило болтая с каким-то учёным из Академии. Аль-Хайтам едва ли знает мужчину – любопытство мгновенно берёт над ним верх. В конце концов, Академия всегда учила своих студентов жажде к знаниям, и потому лишь парень настраивает наушники так, чтобы слышать их разговор. Исключительно… в научных целях.

Через полчаса Аль-Хайтам вернётся домой, и Кави должен быть в полной боевой готовности к моменту, когда тот перешагнет порог. Да пошло оно всё. Проще и вовсе съехать, чем снова препираться с Аль-Хайтамом. Если начать собираться прямо сейчас, он успеет сложить кое-что из одежды и художественные принадлежности, хотя бы всё самое необходимое. Так? Так. Кави кивает сам себе, поднимаясь с дивана. | Кави случайно заканчивает звонок словами «Пока, люблю, целую!»

Кави не имеет ни малейшего понятия, что в головах у профессуры, и лезть туда при всём желании не стал бы. Так, на всякий случай. Поэтому, кивнув, тоже на всякий случай, всё же идёт отбывать учебную практику в библиотеке.

Жить с альфой, не имеющим пары, — та еще задачка. Временами Кавех справляется. Временами все идет кувырком//AU лев!Кавех и тигр!аль-Хайтам

— Спор есть спор, — говорит Хайтам, — станцуй для меня, Кавех//или история о том, как легко соблазнить неприступного альфу танцем наложника.

В их необычном союзе Хайтам привык быть тем, кто диктует правила. И Кавеху любопытно, ему по-настоящему интересно, насколько хорошо он умеет подчиняться.

Аль-Хайтам скептически смотрел на все эти ваши связи соулмейтов AU, где обидные и грубые слова, в которые верит человек, сказанные своей второй половинке отражаются на их теле порезами.

Аль-Хайтам говорит вообще не то, о чем думает. Кавеху об этом знать необязательно.

Когда это началось? Скорее всего, никто из них этого и не вспомнит. Просто однажды вместо того, чтобы ответить колкостью на колкость, Кавех безучастным взглядом посмотрел на своего соседа и почти умоляющим голосом сказал: — Можно я просто попью воды, тихо вернусь в свою комнату и больше не появлюсь в твоем поле зрения до завтрашнего дня? — Если только ты ничего не разобьешь по пути, — ответил Аль-Хайтам и вернулся к чтению книги. А потом он узнал, что Кавех чем-то болен.

Кавех переживает, но совсем не знает, как об этом сказать.

Мое сердце взрывается, когда ты рядом со мной

Хайтам постоянно забывает о том, как Кави на самом деле дорог ему.