Ивана и Тилла спасают после раунда. И теперь второму предстоит разобраться в противоречивых чувствах, с которыми он столкнулся после этого.

Давайте представим, что после 7 раунда Иван и Тилл все же встретились. Но не в том месте, где нам всем хотелось бы.

Иван распахивает глаза и поднимает руку, чтобы потрогать свой лоб в том месте, куда пришлось касание губ – он выглядит до смешного озадаченным, его брови застывают в странном положении, как будто он не сумел решить, поднять их или нахмурить. – Зачем ты это сделал? Хочется думать, что в полумраке не видно, как начинают гореть у Тилла уши – он бы тоже хотел знать, зачем. В моменте это просто показалось ему правильным.

— Он ненавидит меня в каждой Вселенной? Слова, пропитанные страхом, вырвались из его губ, как закат, медленно погружающийся в черноту ночи. Тилл смотрел на фантома — и глаза полны невыносимой боли — словно искал в его взгляде утешения. Это был его крик о помощи, попытка ухватиться за краешек надежды, хотя его сердце уже начинало осознавать, что ответ может стать губительным. Молчание становится тяжелым, как свинцовое облако, нависшее над ними. — Хуже. Он безмерно любит тебя в каждой из них.

Тилл невзлюбил Ивана ​ещё в их первую встречу. Солист​​ "Black Sorrow" казался на первый взгляд самодовольным, напористым засранце​м, не знающим слова "стоп". Такое впечатление, что Тилл был единственным человеком в мире, на которого не действовала способность Ивана очаровывать каждого встречного​, — исключением из правила. Только спустя год многое изменилось.

У Тилла странное чувство, что Иван на что-то злится — но Тилл не знает, на что именно, и ему слишком неловко спросить. Тилл ни о чём не догадывается; Иван страдает влюблённостью; Суа устала от всех них.

— Кто? — голос Тилла едва звучал. — Кто это, Иван? Стыд вспыхнул на щеках Ивана, контрастируя с ледяным ужасом, свернувшимся в его груди.Каждый хриплый вдох будто шлифовал его воспалённые голосовые связки наждачной бумагой. — Это... — начал он, но запнулся. Признание застряло в горле, как ещё один распускающийся лепесток. В глазах Тилла что-то мелькнуло.

Иван снова встречается со своей первой любовью, Тилл-хёном — тем самым хёном из прошлого, который научил его радостям и горестям первой любви. Но ситуация усложняется, и теперь им приходится жить под одной крышей. Всё в порядке. Иван точно в полном порядке.

последний дубль музыкального проекта alien stage официально отснят. даже не верится, что больше не будет всех этих дней вместе, этих шуток на съёмочной площадке, и больше не будет этого человека рядом с Тиллом... Тилл — профессиональный актёр, который впервые в жизни привязался к партнёру по сцене намного сильнее, чем нужно и можно было.

— Прекрати пытаться высчитать генетические вероятности в своей голове. — Я ничем таким не занимался. — Ага, конечно, — фыркает Суа. До них доносится визгливый смех Тилла. У Ивана пересыхает во рту; болят суставы. Он вдруг осознаёт, что его трясёт. — Лежать, пёс, — говорит Суа. Тилла превращают в малыша. Иван реагирует на это совершенно нормально и адекватно.

История о солнечном дне, мурчащей тишине и сладости: напитков и взглядов. Или о том, как, сбегая от одной проблемы (Суа), можно влипнуть в еще большую (Иван).

Иван думал, что Тилл его никогда не рисовал. Как же он ошибался.

Тилл опирается на дверной проём кабинета Ивана одной рукой, тяжело дышит и задыхается. Должно быть, он примчался сюда, если ему что-то срочно понадобилось, — думает Иван. Наверное, поэтому он даже не стал ждать, пока я отвечу на его сообщения. Он молча наблюдает, как Тилл переводит дыхание, с любопытством. Разворачивает свой стул, чтобы лицом повернуться к непрошеному, но желанному гостю. — Тебе что-то нужно, Тилл?

Друзья? Тилл, не разбивай мне сердце.

Тиллу снова сниться кошмар который он видит почти каждую ночь, а Иван по пробуждению Тилла, успокаивает его.

Даже если всё это лишь тренировка ради Мизи, даже если это лишь хитроумный план, придуманный специально, чтобы разбить ему сердце, даже если это ловушка, в которую попадётся только дурак… Иван будет тем самым дураком. // "Всё в порядке, даже если он представляет не меня — по крайней мере, он в моих объятьях. Даже если это не любовь, это очень на неё похоже".

Ему в руки вручают наполовину пустую бутылку воды. - Тебе нужно поесть. И Ивану тоже. Вспоминая того, кто чуть не отдал за него жизнь, Тилл в который раз проверяет его пульс. Тук-тук-тук. || события происходят после 6 раунда, Мизи успешно удалось вытащить физически раненого Ивана и эмоционально раненого Тилла.

— Опять Мизи рисуешь? — заглядывая в альбом Тилла, вслух спросил заскучавший Иван. — А меня так и не дорисовал, хах. Рука, что только что уверенно водила карандашом, остановилась. Тилл уже привык к этому голосу, которого не должно быть. Но когда он начинает говорить так неожиданно, мурашки накрывают все тело художника. — Не отвлекай.

Kai. Иван раз за разом уверяет себя: ему показалось. Тилл бойкий, но не настолько. Он не из тех, кто сам запрыгивает на член.

(Рокерская AU) Акорн зажмурился. Осторожно повернул голову набок. Украдкой приоткрыл один глаз, чтобы подтвердить, а желательно — крайне желательно — опровергнуть свою догадку. На соседней кровати при скудном свете из ночного окна отчетливо вырисовывались две фигуры, которые активно двигались навстречу друг другу.