В самом деле, почему?

Кричащий сам за себя заголовок «БДСМ: психология, почему людям нравится, чем практика полезна и чем опасна» смотрел на Мо Жаня с экрана ноутбука, вынуждая его глаза расшириться, кажется, до размера одного баоцзы. Он бы мог подумать, что лично сделал подобный запрос в бесконечном пространстве сети интернета, во время ночного и весьма абсурдного полёта фантазии, если бы это не был ноутбук Чу Ваньнина.

Ничего обычного, лишь очередные развлечения Тасянь-Цзюня с его любимой Чу Фэй. Подсвечник Тасянь-Цзюню уже не кажется действительно возбуждающей вещью для секса... хм, а как насчёт заряженного ружья?

Ваньнин превращается в кота после оказания помощи в деревне, Мо Жань переживает и внутренне верещит от счастья.

День у Чу Ваньнина не задался с самого начала. Кто же знал, что у всегда предусмотрительного Образцового наставника Чу из духовной школы Пик Сишен случаются просто отвратительные дни.Сначала образцовый наставник Чу умудрился угодить под проливной дождь.Потом в главном зале Пика Сишен Чу Ваньнин присел слишком близко к разведенному под курильницей огню и прожег ханьфу. И нате вам пожалуйста, сейчас Чу Ваньнин стоит перед зеркалом и думает, что же ему теперь делать с кошачьими ушками на голове.

— Если бы я мог вернуться в то время, первое, что бы я сделал — зацеловал тебя всего. Мо Жань сказал — Мо Жань сделал. Непонятным образом он возвращается вдруг в прошлое и первое, что делает — зацеловывает свое Золотко, конечно. /Однажды Ваньнин проговаривается Мо Жаню о неприятных моментах их жизни на пике Сышен в бытность отрочества Мо Вэйюя. Мо Жань не может решить: он хочет убить себя или убить. Он с радостью исправляет ситуацию, как только выдается возможность./

Масляная лампа, одиноко стоявшая на резном столике из красного сандалового дерева, догорала, погружая комнату в темноту. Однако, даже полностью окунувшись во мрак ночи, глаза обоих лежавших на кровати мужчин сияли подобно праздничным фейерверкам.

Юйхен раздражённо фыркнул и, схватив ненасытного ученика за руку, быстро пошёл в направлении павильона Алого Лотоса. Вот перед глазами уже виднелась каменная лестница, ведущая к нужному зданию. Но у Мо Жаня были другие планы на вечер. Не дойдя до ступенек буквально десяти шагов, он неожиданно утянул учителя в сторону с брусчатки. Вокруг то и дело мелькали стержни бамбука, украшенные красными фонариками, которые не известно откуда здесь взялись.

В этом году день рождения Мо Жаня выпадает на суточное дежурство этого достопочтенного, а Чу Ваньнин слишком серьёзно подходит к предложению «украшать собой праздник».

Ши Мэю удалось совершить свой изначальный план. Цветок Вечного Сожаления Восьми Страданий теперь находится в теле Чу Ваньнина.

"— Где Чу Фэй?! — Я за нее. Нельзя сказать, что он изумился. Тасянь-Цзюнь даже не удивился, вовсе нет. Мо Вэйюй всего лишь знатно охренел". Всякое случалось и могло случиться во времена правления Наступающего на бессмертных Императора. Однако, ни он, ни Чу Фэй не могли предположить, что однажды вместо бывшего Учителя Тасянь-Цзюнь обнаружит в Павильоне Алого Лотоса незнакомого мальчика. Хотя... Почему он так сильно кажется ему на кого-то похожим?

Случай, что произошёл с Мо Жанем во время его пятилетнего отсутствия на пике Сышен. Итак, истина раскрыта, но вместе с ней пришло и чувство вины. Что делать если желание обладать и желание почитать сливаются вместе в потоке искаженного лихорадкой сознания? Что же, прочитайте фик и узнаете

Чу Ваньнин — обычный, скромный управляющий пекарни с устоявшимся распорядком дня, до тех пор, пока однажды высокий, несправедливо красивый покупатель не начинает приходить и… флиртовать с ним?! Очевидно, что теперь у Чу Ваньнина есть только одна логичная задача: изо всех сил постараться отпугнуть этого клиента плохим обслуживанием.

Тасянь открыл глаза. Первое, что он увидел — это свет. Мягкий, не резкий, солнечный. Затем он почувствовал запах чая с хризантемами. Лёгкий, как дыхание кого-то близкого. Он моргнул. — Наконец-то, — произнёс чей-то голос. Спокойный. Немного хрипловатый. Слишком знакомый, чтобы быть реальным. Тасянь повернул голову. Сердце замерло, пропустило удар. Перед ним — в простом светлом ханьфу, с гладко зачёсанными волосами, с тонкими губами и немного усталыми глазами — сидел он.

/Чу Ваньнин и Шэнь Цинцю магическим образом (спасибо руне, с которой игрался Юань) поменялись душами одним чудесным утром. Боже помоги их мужьям./ — Кто ты? — Чу Ваньнин выпрямил кисть, пытаясь призвать Тяньвэнь. Знакомая дрожь прошлась по его руке. — А-Юань? — Полные губы мужчины надулись, — он что, ребенок? — а глаза заслезились. — Мое имя — Чу Ваньнин. И тебе лучше сказать, как я здесь оказался и где мой муж, иначе я убью тебя, не раздумывая ни секунды.

Какое совпадение, день прибывания Тасянь-Цзюня в смертном мире выпал прям на день рождения Чу Ваньнина. Мо Жань пытался вразумить императора, но так и не понял получилось ли у него чего-то добиться. История о том как Тасянь-Цзюнь стал меняться.

Мо Жань и Чу Ваньнин счастливо живут на пике Сышен и предаются воспоминаниям.

Иногда события запоминаются навсегда. От самых приятных до отвратительных. Чу Ваньнин не может смотреть спокойно на грудь Мо Жаня, руки начинают дрожать. Ком в горле появляется и он никак не уйдет. Мо Жань ни в чем не винит учителя и по-настоящему счастлив с ним сейчас, держась с ним за руки. Именно из-за этого сердце кровью обливаются. На нем еще лежит незаслуженная вина.

Помните «Сожаления горы Чунь» из «Системы»? Так вот. Чу Ваньнин. Мо Жань. Вино.

Поцелуй выходит нежным, ленивым, приятным донельзя. Мо Жань выводит узоры на спине Чу Ваньнина, гладит и прижимает к себе сильнее. Сон отступает и хочется большего.