Тасянь открыл глаза. Первое, что он увидел — это свет. Мягкий, не резкий, солнечный. Затем он почувствовал запах чая с хризантемами. Лёгкий, как дыхание кого-то близкого. Он моргнул. — Наконец-то, — произнёс чей-то голос. Спокойный. Немного хрипловатый. Слишком знакомый, чтобы быть реальным. Тасянь повернул голову. Сердце замерло, пропустило удар. Перед ним — в простом светлом ханьфу, с гладко зачёсанными волосами, с тонкими губами и немного усталыми глазами — сидел он.

Черный свитер был большим для стройной фигуры Ши Мэя. Элегантный Ши Мэй обычно предпочитал нейтральные тона, а не черный. Чу Ваньнин никогда не видел его в черном до сегодняшнего дня. Но этот свитер он уже видел. Золотистый орнамент на свитере прекрасно дополнял медовый оттенок кожи. Это безусловно был свитер Мо Жаня.

У Хуа Бинаня была жена, а Мо Жань ее ебал

Чу Ваньнин скучает по Мо Жаню, который уехал в командировку.

Ваньнин превращается в кота после оказания помощи в деревне, Мо Жань переживает и внутренне верещит от счастья.

Ваньнин испытывает стресс, и его мозг зацикливается на этом так сильно, что Мо Жаню приходится должным образом позаботиться о своем любимом муже. /или, Хуа Бинань — грязный ублюдок, пытающийся манипулировать (ха, буквально лучшим человеком в мире) и получает по заслугам! Акция: два по цене одного! Разбитый нос идет в подарок к увольнению, только сегодня и только сейчас! Не пропустите!/

О падении, упорстве и желании оказаться в родных руках.

Чу Ваньнин в совершенстве знает французский язык. Мо Жань тоже, но не обязательно всем об этом знать.

Три раза, когда прошлые травмы и страхи преследовали Чу Ваньнина, но, слава богу, Мо Жань был рядом, чтобы напомнить ему о том, что все в порядке.

Но в какой-то момент этот установившийся порядок ломается, система даёт сбой и в жизни Ваньнина появляется молодой учитель французского по имени Мо Вэйюй. И вот каждый день в школе становится пыткой, а ночь превращается в марафон из снов, главным героем которых стал учитель французского.

Одним промозглым осенним вечером Мо Жань признаётся Чу Ваньнину в любви. И оказывается совершенно неправильно понят.

Для Чу Ваньнина нет места уютнее, чем объятия Мо Жаня

Чу Ваньнин громко и очень показательно захлопывает дверь в свой кабинет. Слышатся тихие всхлипы девушки, которую он только что уволил. - Я пойду с ним поговорю, - криво ухмыляется Мо Жань. Сюэ Мэн аж кофе давится. - Что с твоим уродливым лицом? Хочешь работы лишиться? Мо Жань лишь плечами пожимает и губы смачивает кончиком языка в предвкушении. Все, кто слышал их разговор смотрят на него с испугом, но только он знает, что у его начальника недотрах.

Его Ваньнин плохо переносит морозы. Мо Жань знает об этом и потому окружает Учителя согревающей заботой. В каждой из своих жизней.

Мо Жань был уверен, что это не больше, чем секс на одну ночь. До тех пор, пока он не понял, что не может выкинуть из головы образ спящего в его объятиях мужчины, и пока через несколько дней в университете не появился новый преподаватель.

В этот раз Мо Жань хочет быть снизу, а Чу Ваньнин соглашается. В итоге им это понравилось больше, чем ожидалось, и Мо Жань снова осознал, насколько сильно он любит Чу Ваньнина.

Мо Жань никогда не представлял, что его холодный, неприкасаемый ученик вот так стонет его имя, ласкает себя, тонет в запахе одежд Мо Жаня. — Учитель... пожалуйста... — выдохнул Чу Ваньнин, отчаяние звучало в его голосе, но как бы он ни старался, этого было недостаточно. Когда Мо Жань вошел в свою комнату, он обнаружил, что его гордый ученик покраснел и дрожал, стыд наполнял его блестящие от слез глаза. — Что бы подумал твой шисюн, если бы увидел тебя таким, А-Нин?

— Вот так, золотце. Голос Мо Жаня был полон желания, низкий и снисходительный, словно он наслаждался каждой секундой. Его рука медленно, размеренно скользила по члену, скользкие звуки наполняли комнату, пока он наблюдал за происходящим с трепетной жаждой. Чу Ваньнин лежал, опираясь на стопку подушек, его ноги были раздвинуты в грешном действии, а его мокрая киска блестела в тусклом свете.