Уиллу приходилось наблюдать за Майком и Элевен годами, и, как бы сильно это ни причиняло боль, он смирился с этим. Он также смирился с тем, что никто по-настоящему не проявлял к нему интереса. И его это вполне устраивает. Пока они не останавливаются на заправке и незнакомый парень не подкатывает к Уиллу.

— Поверь, так тоскливо и преданно смотрят только глубоко влюблённые люди. Думаю, у него своя стадия принятия, и он явно готов разорвать меня за то, что я с тобой тусуюсь. — Это не… — Уилл не успел договорить, как раскрылась дверь в подвал, и по ступенькам слетел к ним взъерошенный Майк, — …так. Или! Наставница Робин, запутавшийся Уилл, всё понимающий Майк и задолбавшийся Стив Харрингтон.

— Джонатан сказал, что заедет за тобой в шесть, — говорит Майк так, будто это разъясняет его непонятный гнев. — И ты даже прихватил с собой картину, чтобы ей подарить. С каких пор на день рождения принято обмениваться подарками? — Что? — Уилл все еще не понимает, как Майк пришел к таким выводам и что он хочет от него услышать.

Лучшее время и место для первого поцелуя – новогодняя вечеринка Стива Харрингтона.

Теперь Уилл не сидит рядом с ним, не смотрит на него и даже толком не разговаривает. Майк уважает его решение, но когда это происходит уже давно и когда все эти привилегии достаются Лукасу - Майку сложно держать себя в руках.

Майк замечает, как Уилл сближается с новеньким, и постепенно осознаёт, что его чувства — больше, чем просто дружба. Ревность, замкнутость и тревога приводят к откровенному признанию, которое всё меняет.

— Уилл спит, — Дастин пытается вразумить Майка, — он сильно напился, а потом его чуть не стошнило, и он уснул, — Дастин думает, что Майк видит его насквозь, и от этого становится ещё страшнее. — И он сказал мне, что хочет, чтобы я отвёз его домой, — Дастин заканчивает, и Лукас приподнимает бровь. Майка, похоже, это не убедило.

Майк открывает дверь, и всё вдруг оказывается не идеальным. Ни капли. Совсем. Потому что Уилл — хороший, красивый, милый, идеальный Уилл – сидит на диване, который не так уж хорош, или красив, или мил, или идеален, но это нормально, ведь это диван, а диваны не обязательно должны быть такими. Но рядом с ним сидит, улыбаясь и смеясь, обнимая Уилла за плечи, словно у него есть какое-то право там находиться, парень, которого Майк никогда в жизни не видел. Есть только один логический вывод.

— Это же твоя рука! Майк узнаёт руку Уилла — шрам на тыльной стороне, загрубелость кожи, вызванную годами держания в руке карандаша или в последнее время — пистолета. Майк не мог не узнать. Это же Уилл! Только вот обладатель другой руки ему незнаком. — Это просто рисунок, — защищается Уилл. Или Уилл рисует свою руку, переплетённую с другой, а Майк определённо не сходит от этого с ума.

Уилл очень надеялся, что Майку тоже понравился новенький и никаких проблем с идеей подружиться не возникнет. Вот только в этот раз Майк почему-то скривился и выдал недовольное: – Он мне не нравится! Выскочка! / Или история о том, как ребята подружились с Дастином.

— Да ладно, — пожимает плечами Лукас. — Ты просто завидуешь, что у тебя ничего подобного нет. Майк приподнимает бровь, как будто знает что-то, чего не знают остальные. Уилл выглядит так, будто хочет его утопить. Вероятно, он этого заслужил.

Майк сгорает от ревности, наблюдая, как его лучший друг Уилл сближается с Робин.

— Итак, — говорит Уилл и сглатывает, прогоняя застрявший комок в горле, — значит, у тебя есть девушка? — Майк застенчиво краснеет, отводит взгляд, и поднимает руку, нервно потирая затылок. — Эм, не совсем. — Уилл хмурится. — Кто тогда? — спрашивает он, чтобы отвлечься от явно разрушительного хода мыслей. Майк нервно встречается с ним взглядом. — У меня нет девушки, — повторяет он с легкой горечью, — но есть… парень. / У Майка есть парень, который сводит Уилла Байерса с ума.

— Он слишком молод для тебя, — бубнит Майк, отворачиваясь от Робин и подтягивая колени к подбородку. По какой-то причине он думает, что этот разговор выйдет ещё более скверным, если он посмотрит ей в глаза. — И ты увезла его в лес! Я имею в виду, я даже не... — Майк качает головой, хмурясь ещё сильнее. — Ты пошла против наказа его матери! Ты что, совсем не уважаешь её? — Я... что? — Робин моргает, в изумлении приоткрывая рот. — Я уважаю Джойс Байерс.Очень.

— Кто такой "М"? — внезапно спрашивает Майк, прерывая его. Брови Уилла взлетают вверх, на его лице нарисовано замешательство. — А? Обернувшись, он понял, что Майк что-то держит в руках. Кусок дерева странной формы. Он подходит ближе, прищурив глаза. Заглавные буквы М + У, тупо вырезанные на дереве, невозможно не заметить. И сердце Уилла замирает. Потому что он знает этот кусок дерева. Конечно, он знает его, он, чёрт возьми, сам вырезал его много лет назад. — Э-э, я...

— Ты променял меня на какую-то тестовую версию. У него даже кудряшки отстойные. Я уже молчу про его неуемный аппетит и ужасные манеры. А еще он кричит, как девчонка, — Уилер раздраженно закатил глаза, пододвинул к себе бургер, и надкусил одной рукой, пока другая продолжала вырисовывать через рубашку немыслимо нежные круги, пуская по коже сладкие, трепетные мурашки, — Уилл, вот скажи мне, чем я хуже этого засранца? [ревнующий майк, смелый уилл и какой-то парень с отстойными кудряшками]

Майк и Уилл не дружат уже три года: когда они победили Векну и семья Байерс-Хоппер уехала, Майк решил, что Уиллу будет лучше без него. Теперь они соседи (по настоянию их мам) и неплохо избегают друг друга, пока Майк не замечает, что с Уиллом что-то происходит…

После распада Клуба Адского Пламени Майк, Дастин, Лукас и Уилл обрели дурную славу и начали вражду с баскетбольной командой. Уилла посылают шпионить на матч, где его внимание привлекает Ченс Ромеро. Пытаясь заглушить боль от чувств к Майку, он идёт на сделку с совестью и тайно сближается с Ченсом, звездой баскетбольной команды и парнем, который должен быть его врагом. Но их связь будит в Майке дикую ревность, заставляя его осознать, что он может потерять того, кто всегда был рядом.

Майк застает своего соседа по квартире целующимся с другим парнем и очень расстраивается из-за этого. По нормальным, гетеросексуальным причинам.

Майк борется с желанием нахмуриться и скорчить лицо на упоминание Робин. Почему она? Она же просто соврала Джойс о какой-то нишевой фигне из «Назад в будущее», а Уилл восхваляет её так, будто она чёртова святая. Или. Майк немного придурок, который ревнует к лесбиянке, но он этого не знает, лол.