Всё время, что парни мучались в этой неловкости, что висела между ними годами, Уилл хотел нарисовать Майка с натуры. И, когда они начали встречаться, у него появилась такая возможность. Если бы они знали, что рисовать вместе превратится в прекрасную традицию, может быть, сделали бы это раньше. Ведь в будущем такие художественные вечера разожгли столько страсти...

Жадный, жадный Уилл до прикосновений Майка. ИЛИ — чуть более откровенный Уилл, чем в каноне. История о том, что было бы, если бы его молчаливая, всепоглощающая тоска однажды прорвалась наружу. Если бы «лучшие друзья» оказались по разные стороны невидимой черты, которую он сам боится переступить. Между страхом всё потерять и жаждой обрести всё — всего один шаг. Сделает ли он его?

— Поверь, так тоскливо и преданно смотрят только глубоко влюблённые люди. Думаю, у него своя стадия принятия, и он явно готов разорвать меня за то, что я с тобой тусуюсь. — Это не… — Уилл не успел договорить, как раскрылась дверь в подвал, и по ступенькам слетел к ним взъерошенный Майк, — …так. Или! Наставница Робин, запутавшийся Уилл, всё понимающий Майк и задолбавшийся Стив Харрингтон.

С кровью из носа, тяжёлым взглядом и грузным дыханием — Уилл выглядел... горячо. Настолько, что мозг напрочь отказывался думать о последствиях.

Майк первым подошел к нему. Майк первым протянул руку. Майк первым вошел в его жизнь. Майк первым причинил ему боль...

За последние несколько часов Уилл подавал признаки жизни пять раз. Майк считал. Все это были едва заметные движения вроде легкого подергивания пальцев или дрожи ресниц, как будто он собирался открыть глаза в следующее мгновение. Но Уилл продолжал держать их закрытыми. //Или события после первого тома пятого сезона.

Оставшись вдвоём в комнате Майка, Уилл и Майк понимают, сколько всего они скрывали друг от друга и от самих себя. Кто бы мог подумать, что их самые сокровенные тайны прятались за их губами и под их одеждой?

— Ты променял меня на какую-то тестовую версию. У него даже кудряшки отстойные. Я уже молчу про его неуемный аппетит и ужасные манеры. А еще он кричит, как девчонка, — Уилер раздраженно закатил глаза, пододвинул к себе бургер, и надкусил одной рукой, пока другая продолжала вырисовывать через рубашку немыслимо нежные круги, пуская по коже сладкие, трепетные мурашки, — Уилл, вот скажи мне, чем я хуже этого засранца? [ревнующий майк, смелый уилл и какой-то парень с отстойными кудряшками]

Уилл нашёл самый лучший холст для своих рисунков.

Майк не может уснуть. По какой-то причине воспоминание о Уилле Байерсе, курящем у дерева, запечатлелось в его голове. Он не знает, почему так зациклился, но одно понимает точно — это выглядело горячо.

— Майк, все в порядке, — тихо говорит Уилл. В его голосе звучит самодовольное веселье, смешанное с грустью, и от этого Майку становится еще хуже. — Это просто еще один день. Ничего страшного. В животе у Майка поселяется чувство вины, и он не знает, кричать ему или плакать. Может, и то, и другое. — Это твой день рождения, - шепчет он. – А я забыл.

И в пятнадцать это оказалось так просто — влюбиться в Уилла Байерса. А сейчас Майку шестнадцать, час назад он целовал своего лучшего друга, и он понятия не имеет, что с этим делать. И что это значит для них двоих — тоже. Или история, в которой Майк целует Уилла, и они продолжают целоваться за закрытыми дверьми, потому что это ничего не значит. И когда это начинает значить слишком много, пути назад уже нет.

Майк думал, что умрёт, серьёзно. Три раза за пять минут. / Таймлайн — после 4 серии 5 сезона.

Уилл вспомнил, как дышать. Легкие горели. В груди было щекотно. Он все еще чувствовал эти невыносимо нежные касания к волосам, словно их целовал колючий ветер. Черт бы тебя побрал, Уилер. И этот дом. И это сожительство. Уилл точно не доживет до старости. Без сомнений. Если его не утащит Векна, Майк закончит с ним за него. [уилл пытается «выжить» под одной крышей с майком и со своей в него влюбленностью; майк не такой тормоз, а робин помогает распознать те самые «знаки»]

После пережитого насилия мир перестает быть безопасным, и иногда приходится выстраивать границы даже между очень близкими людьми.

майк теряется в своих переживаниях, а уилл приходит на помощь.

По мнению всех в жизни Майка, у него есть голос, предназначенный только для Уилла. Он пытается понять, что это говорит о нем.

Пять раз, когда Майк поцеловал Уилла, и один раз, когда Уилл поцеловал его в ответ.

За последние шесть месяцев Майк осознал, что страх может быть хорошей вещью. Ему приходилось напоминать себе, что страх потерять Уилла — это хорошо. Потому что это означало, что он всё ещё рядом. Если Майк всё ещё сохранял боль, сжимающуюся в животе каждый раз, когда он смотрел на него, то это было хорошо. Потому что он всё ещё был жив. И Майк мог жить с этим, если это означало, что Уилл будет таким всегда. Живым.

Уилла мучают кошмары, но спать не может именно Майк.