Макс любит моторхоумы. Здесь уютно, всегда можно спрятаться от прессы, даже от собственной команды можно спрятаться при должной сноровке. В чужом моторхоуме, например. Симпатичного красного цвета с цифрой шестнадцать.

Но прямо сейчас Шарль тот, кто сдерживает гнев и эмоции, переполняющие его, а Макс, обнажая всего себя, позволяет Шарлю делать все, что он хочет; брать все, что ему так необходимо.

Макс не говорит по-французски. Учил ли он его пять лет в школе? Конечно. Запомнил ли он хоть что-нибудь после? Ни черта. Но он хочет знать что говорит Шарль, когда сплетничает с Пьером или рассказывает своей матери о том, как прошла его неделя, и он очень, безумно хочет знать что Шарль говорит, когда нависает над ним, оставляя поцелуй за поцелуем на каждом миллиметре его лица. Однако Шарль ни при каких обстоятельствах не должен узнать об этом.

Пять раз, когда Макс и Шарль занимались сексом, и один раз, когда Шарль влюбился.

Пиксельные фотки собраны вместе в подобии грубо отрисованного комикса с очень хреново продуманной сюжетной аркой, который каким-то образом попал на первые полосы каждой ширпотребной газетёнки. "ВЫСТАВЛЕНО НАПОКАЗ: гейская двойная жизнь пилота Формулы-1 Макса Ферстаппена". *** Макс пытается справиться с последствиями слитой в прессу личной жизни, а Шарль... он всегда где-то рядом.

Максу так стыдно. Он знает, что все за спиной говорят про него и отца, и ему так не хочется давать людям новый повод для обсуждения. Чтобы все вокруг перешептывались «он оставил его на дороге» и смотрели с сожалением. (2013 год. После соревнований Йос высаживает Макса на дороге и заставляет идти домой пешком. Его на машине подбирает семья Шарля)

Когда Макс впервые спросил Шарля, что, если он станет трехкратным чемпионом мира, то позволит ли он поцеловать себя в прямом эфире, чтобы отпраздновать победу… ну, он думал, что его главной проблемой будет отказ Шарля. А не неспособность перестать целовать его… Чтож, это определенно проблема в их повседневной жизни. На самом деле, он не думал, что это будет его главной заботой сейчас. И все же…

После того, как он поделился своими переживаниями с Даниэлем (к кому еще Шарль пошел бы со своими проблемами в личной жизни?), австралиец удивленно смотрел на него в течение нескольких минут, прежде чем выпалить: - Прости, но ты только что сказал, что вы с Максом занимались сексом по телефону в течение двух недель? Шарль, покраснев, пробормотал: - Это не секс по телефону. - Вы посылаете друг другу фотографии своих членов и дрочите. Как это еще назвать?

Макс Эмилиан Ферстаппен влюблен в своего парня. И любовь подразумевает принимать Шарля таким, какой он есть. Но вот Макс не помнит, чтобы в этой цитате упоминалось лохматое четырехлапое чудовище, которое Ферстаппен должен любить по умолчанию.

Пять раз, когда Макс поцеловал Шарля и один, когда Шарль сделал это первым.

Макс тогда подошел к нему на интервью, чтобы поздравить. Улыбался, что-то объяснял и смотрел прямо в глаза. Шарль и подумать не мог, как часто в этом году еще окажется в этой ситуации. И как сильно это полюбит.

Как важно разговаривать, слушать, а главное - слышать - друг друга

Макс не чувствует себя привлекательным, и Шарль делает все, чтобы его переубедить.

Гонка в Вегасе стала особенной для Макса и Шарля и не только по тем причинам, что были заметны на трассе.

– Ты вспомнил о чем то, Макс? – говорит Шарль ему в шею, и слова льются из его уст словно мед. – Что-то, о чем ты хотел бы меня попросить? Попросить произнести? Макс чувствует ухмылку Шарля на своей коже, и это заставляет его чувствовать себя ягненком, пойманным в волчью пасть. Незащищенным. Уязвимым. Ужасно возбужденным. Или: Макс узнает о том, что ему нравится, когда его называют котёнком – и обращаются с ним соответствующе. Он изо всех сил пытается отрицать это. Шарль ему не позволяет.

У Шарля есть секрет, стыдный кинк. Макс об этом долго не догадывается.

–Мы переспим, если я буду на подиуме в Мексике. – немного несвязно заявляет Шарль. Макс смотрит пристально, не мигает. Леклер, кажется, пьян в стельку (хотя с чего - для Макса остается загадкой, но вероятность, что он основательно приложился к литру водки тоже исключать не стоит), и доверять таким словам сейчас просто безумство, но Максу хочется. –Да? Точно? – один пьяный мозг плохо, а два – хуже. –А что будет, если нет? –Не переспим. – просто отвечает Леклер.

Шарль не любил хаос. Но иногда с его наличием в жизни всё-таки приходилось мириться. Тем более, если источником этого хаоса чаще всего был Макс Ферстаппен.

«Круто ты больше с мужиками не ебёшься, Ферстаппен». Пять лет Макс создавал иллюзию правильной жизни. Семья, карьера, попытки забыть прошлое. Всего одна пьяная ночь в честь чемпионства друга рушит все. Когда Шарль Леклер, человек, которого он оставил ради этой самой жизни, выдёргивает его из клуба, Макс понимает: от своего прошлого не сбежать. Особенно, когда оно смотрит на тебя с ненавистью и невысказанной любовью, и ты готов на все, чтобы вернуть его хотя бы на одну ночь.

Небольшие (или большие) зарисовки о совместной жизни Шарля и Макса.