Шейн Холландер открывает глаза в больничной палате, уверенный, что на дворе 2016 год, а Илья Розанов — его главный соперник, которого нужно ненавидеть. Но мир изменился. Сейчас 2025-й. Они играют за одну команду, живут в одном доме, и Илья Розанов носит обручальное кольцо. Шейну предстоит прожить девять лет заново, научиться доверять «врагу» и выяснить, сможет ли он влюбиться в собственного мужа во второй раз.

На что ты готов ради любви? ||| Илья Розанов — глава преступной группировки «Медведи». Шейн Холландер — обычный офисный клерк. Однажды их судьбы пересекаются дважды, и назад пути нет.

Илья начинает принимать антидепрессанты и понимает, что они рушат его сексуальную жизнь. Но он совершенно спокойно относится к этому (почти).

Фотографии Шейна разлетаются по сети, и Илья вынужден признать горькую правду: ревность не имеет значения, если тебе нечего терять. Или: Фотосессия Wonderland разворачивается во вселенной «Heated Rivalry», и Илья сталкивается лицом к лицу со своими демонами.

— Подарок. Но я не знаю, от кого. Кто-то тайно дарит мне всякие вещи, и это – уже четвертая.

— Если я тебя поцелую, — прошептал Илья, поглаживая пальцами тазовые косточки. — Если я тебя поцелую… — То я откушу тебе язык, — выдохнул Шейн, и конечно же, соврал.

Перед глазами мелькает джерси с надписью ROZANOV, и Холландер с трудом сдерживается, чтобы не толкнуть его в спину обеими руками. Он бы с удовольствием толкнул его сейчас, дал бы ему в морду, он бы разнес его на льду, если бы сегодня они играли в настоящий хоккей, а не в этот цирк, сбил бы этого козла с ног, он бы… Шейн так внезапно понимает, что ему нужно сделать, чтобы успокоиться, что замирает посреди площадки.

Шейн говорит маленькую глупую ложь, потому что устал быть скучным, и вдруг узнает, насколько Илье не все равно.

Илья говорит, что не будет против, если Шейн станет спать с другими, если захочет. Шейн не в восторге от такого щедрого предложения. Они ссорятся и не общаются некоторое время. И только тогда оба понимают — каких дров наломали.

Не заставляй меня ждать, капитан.

Шейн пытается учить русский, а Илья старательно ему в этом помогает.

Шейн никогда не был ревнивым человеком. Пока в его жизни не появился Илья Розанов

— Боже, блядь, Холландер, ты так много болтаешь, — говорит Розанов, и Шейн сжимает челюсти. — Я не пытаюсь свести тебя с другом Домом! — Что тогда? Ты пришел поиздеваться или… Розанов вскидывает руки в знак поражения и срывается: — Я пытаюсь сказать, Холландер: «Я Дом, и я проведу с тобой Сессию», но ты так много болтаешь, что у меня не получается! Шейн замирает. Он больше не смеется. Его желудок сжимается. — Это не смешно. — Разве похоже, что я шучу, Холландер? Я серьезно.

Всё началось с безрассудного сообщения перед игрой, с одного вопроса, брошенного словно вызов. Когда Илья спросил у Шейна, сколько раз смог бы заставить его кончить за час, Шейн замялся, прежде чем ответить: «Не знаю… пять». Илья задумался над ответом. Ему он не понравился. Поэтому ответ пришёл быстро и уверенно: «Ладно, значит шесть, понял».

— Ты… ты что, купил целый рулон упаковочной бумаги ради этого? — Да. И ленточку тоже. — Ты милый. — Заткнись. Или день рождения Шейна на следующей неделе, а у Ильи уже есть для него подарки.

В конце концов, чтобы сломать Шейна, нужно совсем немного... Достаточно плохого дня, приступа ревности и того, что Илья велит ему встать на колени

Клифф выясняет, почему Илья скрывает свою монреальскую девчонку: она вовсе не девчонка... а пожилая женщина. Или, может быть, пожилой мужчина?

Всё сложилось самым худшим образом. Почему с ним всегда вот так? Он ведь так этого ждал. В последнее время он не мог думать ни о чём другом, кроме как об этой встрече. Прокручивал в голове диалоги, возможные сценарии, готовился морально, выстраивал себя заново под эту честность, под это разрешение быть уязвимым. И что он получил? Илью Розанова в качестве своего потенциального Доминанта?

Вот кто, кто, блядь, спит с коллегой? Это же так глупо. Это принесёт только проблемы, которых и без этого предостаточно. Одноразовый секс должен быть с тем, кого ты больше никогда не увидишь. Или увидишь один раз — задорно подмигнёшь и пойдёшь дальше. А не будешь переодеваться в раздевалке, ощущая, как по тебе скользят жадным, слишком внимательным взглядом.

Борьба взглядов, сбитое до саднящего горла дыхание, злой огонь непримиримого соперничества в глазах — у Шейна они темнеют, до оттенка крепкого кофе. У Ильи становятся светлыми-светлыми, как талая вода.