Кофейня на углу только-только открылась, была маленькой и немного неказистой, но бариста был настоящим мастером своего дела. И теперь, несмотря на то, что эта кофейня была далеко от дома и работы, Бакуго приходил сюда, кривился от обилия посетителей, но упорно усаживался за самый дальний столик и с толикой нетерпения ожидал свою порцию горьковатого напитка.

Шлепки бёдер, хриплые стоны и загнанное дыхание потонули в гомоне торгового центра, но даже если сейчас кто-то и заглянул бы в примерочную – это не остановило бы Бакуго. Он потемневшими глазами неотрывно следил за развратным веснушчатым лицом, отражавшимся в зеркальной глади.

Деку и Каччан - соседи по комнате, и все боятся за свою безопасность.

Добро пожаловать во Взрыво-Убийственное Агентство! Здесь мы с удовольствием взорвем ваш дом, отправим автомобиль в металлолом, а также поможем разгадать одну из семи тайн Вселенной: с кем встречается Бакуго Катсуки?!

Каччан не так идеален, и в первый раз у него не получается.

Конечно, Бакуго знал, что однажды услышит запах, который заставит его пускать слюни и лишит разума. Но он никогда бы не подумал, что это произойдет вот так: в раздевалке душевой, глубокой ночью, с идиотом Деку.

Мидория Изуку — студент, отличник, спортсмен и примерный мальчик. Никто никогда бы не подумал, что он может связаться с профессиональным гонщиком Бакуго Катсуки, крыша у которого отсутствует полностью.

Иногда Мидории казалось, что Кацуки смотрит на него. Но парень всё никак не мог понять, что тот хочет. К счастью, жертв этого сердцееда поубавилось, отчего жить стало легче, хотя тому всё так же признавались, надеясь стать той единственной, кто сможет приручить этого необузданного зверя. Но всех таких «желающих» посылали далеко и надолго. Изуку даже подумал, что альфа наконец-то нашёл ту самую, и он искренне радовался за него. Он ободряюще улыбнулся ему, а Кацуки ещё долго глядел ему вслед...

Сколько себя помнил Катсуки Бакуго, столько на его предплечье, практически у самого локтевого сгиба, были слова, будто выведенные зелеными чернилами. Ночами они слабо светились, порой неприятно зудели и опухали по контуру, неизменно привлекали к себе внимание множеством завитушек. Бакуго эти слова казались нечто сокровенным, интимным - тайной, которую хотелось скрыть ото всех.

Изуку знает многие мелочи о своих одногруппниках, но не знает вкусовых предпочтений, казалось бы, самого близкого человека. Близкого по меркам Изуку. Мидория точно не знал, как к нему относится Каччан, да и, если честно, не хотел выпытывать ответ на этот вопрос. Зная характер Бакуго, подобные действия могут повести за собой не самые хорошие последствия, в лучшем случае, сломанный нос.

О пьяном Деку и большом воображаемом слоне.

Каччан может подарить не только ожоги и ссадины.

Из горла рвался звериный рык, глаза метали молнии, небольшие взрывы тревожными колокольчиками разрезали общий гвалт класса. Крик «МОЁ!» почти срывается с искривлённых в оскале губ, но Бакуго вовремя прикусывает внутреннюю сторону щеки, чувствуя на языке неприятный привкус металла.

Возможно, Бакуго был не лучшим выбором для всего этого прикола с доставкой пиццы. (Фанфик, в котором Мидория влюблен, Бакуго всё отрицает, а ещё присутствует много, очень много сыра. Романтическая история БакуДеку за тридцать минут или меньше.)

Недостаток сна порой толкает на странные поступки.

Один день постканона. У Кацуки есть собственная причина быть героем.

AU, где Каччан называет Деку малышом, когда возбужден, а еще дарит Изуку цветы каждый день.

За последние несколько недель Бакуго стал более дружелюбно относиться к Мидории по сравнению с тем, какими их отношения были в начале года. То ли это от грядущих летних каникул, то ли от жары, что ударила Кацуки в голову, то ли от странных вечерних посиделок в комнате Деку, где они, от безделья, играют в различные игры, начиная от простых азартных игр, и заканчивая странными челленджами, что были взяты из интернета на сайтах по запросу "скучно".

Бакугоу всего лишь проговорился о том, что Мидория слишком пассивный в постели, а Урарака уже начала кормить того малиновым вареньем, в которое подмешала виагру.

Катсуки казалось, что под ним раскинулось на шёлковых простынях и вышитых подушках настоящее божество. Лёгкое, изящное и совершенно не подвластное простому смертному. И он начинал понимать, почему самыми прекрасными и желанными считались именно такие омеги – нежные и трепетные, похожие на утончённых божеств из долины в Великих горах, где жить позволено лишь драконам да поющим голубым травам.