Кхалиси восторженно ахнула, и глаза её вдруг заблестели от радости. Уже очень давно Джорах не видел её настолько счастливой. Подумать только, какое чудо под силу сотворить невзрачному цветку чертополоха?

Сир Джорах Мормонт стоял в тронном зале Великой пирамиды Миэрина, положив одну руку на эфес меча, и наблюдал за своей королевой. Дейнерис, восседавшая на небольшой мраморной лавке перед ним и Барристаном Селми, только что отпустила восвояси 213-го просителя — последнего на сегодняшний день, по словам Миссандеи.

Когда я завоюю Семь Королевств, вы будете нужны мне. Даже смерть не сможет удержать Джораха Мормонта от повиновения приказам его королевы.

Дейенерис Таргариен стоит у борта, опираясь локтями на заграждение. Ее лицо поднято к небу, а на губах витает нежная, мечтательная улыбка. Платье королева надела алое — в цветах герба своего Дома. Дома, который снова напомнит Вестеросу о своем существовании. На третьем корабле алеет боль всех Семи Королевств — и персональная боль Джораха Мормонта.

«Балерион» давно отдалился от Кварта и уже трое суток плыл в открытом море. Наступила очередная ночь — третья с момента отплытия, когда весь небольшой кхаласар Дейнерис, захватив в Кварте богатую добычу, наконец загрузился на корабль и покинул город. Теперь он держал курс на Астапор.

- Вы подумали о моих чувствах или вам все равно?! Если я потеряю вас, я... Не смогу идти дальше!

А в эту минуту Джорах поймал себя на мысли, что ему страшно и представить, как кхалиси посмотрит на него, если ей всё же станет известно, что её самый близкий друг и советник… шпион, предатель.

Корабль, который ожидал немногочисленный кхаласар дотракийцев, сейчас грабивших дворец вероломного Ксаро Ксоан Даксоса, мерно покачивался на волнах. Пока на нём не было никого, кроме самой кхалиси Дейнерис Таргариен и её верного рыцаря Джораха Мормонта. Они стояли на палубе, у самого края судна, чьи высокие борта наполовину скрывали их с портовой стороны.

Дейенерис чувствует, как дрожь в её теле нарастает с удвоенной силой, и весь мир содрогается вместе с ней. В отчаянии она обнимает его голову и прижимает к груди, из которой вырывается сдавленный крик. Где-то вдали нечеловеческим рёвом на её боль отзывается измученный дракон...

Он был старше её на тридцать лет. Дейенерис ещё не родилась, когда он женился второй раз. Ей не было и десяти, когда он проклял весь мир и перестал ждать чего-либо от жизни, которую не оценил бы и на грош.

После потери своих служанок Дейнерис сталкивается с неожиданной проблемой. Сир Джорах обнаруживает, что теперь частью его рыцарских обязанностей будет совершенно новая задача, о которой он никогда не мечтал.

Сиквел «Обязанностей рыцаря». У каждой королевы есть секреты, которые она должна хранить, а желания, исполнения которых она жаждет, могут быть выполнены, но всегда есть обязанности и ожидания, мешающие этому. На этот раз Дейнерис собирается отбросить свои титулы и принять свои мечты.

Вечер… Надо бы выйти из шатра и, как обычно, отдать приказ всем собираться и опять трогаться в путь. Но ей что-то не очень хотелось идти. Собственно говоря, совсем не хотелось. Дени тяжело перевернулась на бок, потом на живот, потом опять на спину… Нет, идти было решительно неохота.

«Верный рыцарь, ближайший советник, добрый друг», - как часто он слышал эти слова и чувствовал, как каждое из них раскалённым клеймом отпечатывается на его сердце. Не секрет, что больше всего на свете он хотел служить своей королеве, но только богам было известно, как велико в нем желание любить её. Он ни раз представлял, как покрывает своим плащом тонкие плечи кхалиси, принося ей ещё одну верную клятву - любить и беречь её всю свою жизнь, до самого последнего вздоха...

Великий правитель — тот, кто умеет прощать. Джорах пытается научить этому Дейнерис.

Джорах думает о более простых временах. Дейнерис хочет уверенности.

— Если это сон, я ни за что не хочу просыпаться, — прошептала она. Все было так правдоподобно. Начиная от рубашки Джораха, чтобы была смята в её хрупких руках и заканчивая его знакомым запахом, что проникал ей в ноздри. Дейнерис отчаянно хотела, чтобы все это было реально. И от этой мысли ей становилось ещё больнее, чем раньше. Почему? Почему она не ценила то, что было у неё прямо перед глазами? Дени почувствовала, как губы Джораха, прижатые к её макушке, шевельнулись.

Покинув Кварт на приобретённом корабле, Джорах и Дейнерис заводят разговор, который, хоть и ходит вокруг да около, подчёркивает их чувства друг к другу.

— Я сделал свой выбор очень давно. И Медвежий остров больше не мой дом. — Слова, пропитанные чем-то недосказанным и слишком часто повторяемым, зависают между ними.

Джорах утешает свою кхалиси, когда она мучается от тоски по дому.