К возвращению Хуа Чэна у Се Ляня накопилось очень много идей и очень, очень много сексуального напряжения. Фанфик, в котором бог и демон играют в "правду или действие", и каждый ход значит очень многое.

Се Лянь уже не знает, как намекнуть своему парню, что в постели с ним можно быть немного... пожёстче.

Стараниями Хуа Чэна Се Лянь начинает чувствовать себя красивым и желанным и решается на отчаянный шаг.

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

для Се Ляня их отношения были спокойной равнинной рекой, уверенно текущей вперед, собирая в себя ручьи и притоки, становясь увереннее и ровнее. Ну да, ну да... Или 10+ страниц целомудренной паники Его Высочества

Кто так слеп, как возлюбленный, так слеп, как раб Господа? Исаия 42:19 (Се Лянь просит этой ночью завязать ему глаза.)

Хуа Чэн не поднимается на Небеса ради пиршества в честь Середины осени и остаётся в мире людей, чтобы зажечь для своего любимого Бога фонарь. Вот только его Бог — это Се Лянь. А Се Лянь всегда изобретает собственный путь.

Се Лянь сидит между колен Хуа Чэна, и Князь Демонов признаёт, что сегодня умирает в четвёртый раз.

Се Лянь этого не видит, но знает, что Хуа Чэн улыбается, когда говорит: — Мы спали рядом, гэгэ. — Но не были достаточно близки, — тут же отвечает Се Лянь с невозмутимым лицом. Тепло всё равно подкрадывается к его шее. Иногда ему снятся кошмары.

— Отчего… как так вышло, что ты сорвался со стены в тот день?

Пара грабителей пристаёт к Се Ляню за пределами деревни Водных каштанов. Они ожидали лёгкого выкупа от богатого мужа. Но не ожидали ярости Собирателя цветов под кровавым дождём или бесплатных советов по отношениям от мужа главного эксперта по патологической зависимости. Получили они и то, и другое.

Неужели Се Лянь… сохраняет все свидетельства его бесполезной борьбы с правилами написания иероглифов?..

Когда Хуа Чен простужается, Се Лянь обеспокоен и намерен позаботиться о своем супруге. На этот раз, оказывается, лихорадочные сны могут стать кошмаром для обоих.

Представьте рой серебряных бабочек, в которые превратился призрак, представьте, как они устремляются в ночное небо, сияя ярче самих звез. Представьте бога, благоговейно наблюдающего за ними, зачарованного чудесным зрелищем, которого не ожидал увидеть. Всё могло бы начаться так. Но этого не произошло. Вместо этого все началось по-другому. Призрак в красном касается края вуали, а Се Лянь... Позволяет. (ИЛИ: Се Лянь встречает призрака и находит в нем того, кого потерял надежду найти)

Семнадцатилетний Се Лянь узнает, что его муж - Непревзойденный Князь Демонов (альтернативное продолжение 246 главы).

Когда шёл дождь, у Се Ляня мёрзли руки. Он ждал, чтобы Хуа Чэн их согрел. Ждал год.

Се Лянь придумывает новую идею, которая кажется ему грязной фантазией, и очень боится о ней рассказывать Хуа Чэну. Но однажды решается.

Хуа Чэну кажется, что Се Лянь живёт, танцуя.

Только теперь Се Лянь почувствовал, что, наверное, любит удивительный звёздный свет, лёгкую россыпь созвездий, бесконечность и бесчисленность смотрящих сверху сияющих глаз. Только теперь, когда мог стоять среди сада, запрокинув голову, пока тёплые ладони Хуа Чэна касались его плеч.

Пальцы Хуа Чэна касаются свода ступни, и Се Лянь порывисто вздыхает и едва слышно стонет. Хрустальный звук рассыпается по залу, и Фэн Синь первым делает шаг назад, к спасительным дверям.