Когда они порознь, их силы поражают. Когда против друг друга, ссоры сотрясают Небеса. Но когда вместе и рядом, волноваться приходится только злобным демонам и врагам генералов. Оба знают — тогда все точно будет хорошо.

Фэн Синь обнимает аккуратно, не сильно притягивая к себе, боясь навредить или сломать, как какую-то стеклянную вазу, кажущегося хрупким Му Цина.

Спустя почти час молчаливого отдыха Му Цин положил голову на колени Наньяна, не спросив и не предупредив. – Это что ещё такое? – возмутился бог войны. Сюаньчжень схватил первого за запястье, затем преподнёс тыльную сторону кисти к губам и поцеловал. Глаза генерала снова сузились до бусинок, а в голове так и крутились мысли: «Что за дичь сейчас происходит?».

А что было бы, если Му Цин стал ребенком?

Собиратель Цветов уже несколько месяцев как пропал, а Се Ляню становится все горше, как бы он это ни пытался скрыть. И тогда на помощь ему приходят два заклятых друга…

Такой странной сцене и не суждено было бы разыграться в Чертогах Верхних Небес, если бы не подарок Саньлана.

Му Цин — Бог Войны, сильный и гордый, чистая ярость. Он никому не должен позволять себя укротить, но... глубоко в душе он хочет поддаться. Хоть раз в жизни поддаться, потянуться к рукам одного единственного человека, ведь если это можно делать Се Ляню, то почему, чёрт возьми, ему нельзя? ...Если бы только этот человек хоть раз протянул к нему руки. // А так же о неверных решениях, оказавшихся самыми правильными, и о том, что иногда довериться может быть не лишним.

Боги и демоны не бессмертные, они просто долго живут. С проклятыми оковами в лаве сгорают быстрее, чем оплавляются надетые сверху доспехи. Это как раз те самые обстоятельства, от которых — умирают.

Фэн Синь и сам не знает почему его так тянет к нему...

О том, почему приходить на собрания сонными рискованно (зато очень приятно).

Му Цин сидит на полу, вперив глазами в завернутую в плотную ткань большую шкатулку. Должно быть дорогая, достойная подарка генералом генералу, тяжёлая и невероятно красивая. Но главное даже не это. А то, что Му Цин нашел внутри.

На Му Цине проклятая канга, и он знает — это конец. Фэн Синь упрям; совершает яростную атаку стрелами, но Цзюнь У перехватывает и отправляет их резко обратно отправителю. Му Цин не колеблется ни мгновения — прикрывает генерала собой, спасает самоотверженно, жертвуя собой. А на губах легкая улыбка.

Му Цин не знает, почему ему хочется быть к Фэн Синю ближе. Он с радостью бросился бы прямо сейчас в объятья некогда ненавистного и презираемого им мужчины, но это будет необъяснимой и непростительной дерзостью. Наверное, все из-за смены погоды. А, может, он просто перетрудился сегодня. Му Цин срывается и с трепещущим сердцем льнет ближе, накрывая чужие губы своими.

Фэн Синь плетёт венок из самых светлых цветов для самых темных волос.

Что можно сделать, если ты попал под сильный дождь? Конечно же принять горячую ванну со своим не менее горячим возлюбленным!

Теплым летним днём Его Высочество наследный принц решил заняться стиркой, и красное ханьфу, затесавшееся среди других одежд, заставило его сердечко биться чаще.

Му Цин любит поцелуи.

Подбородок Фэн Синя несколько неудобно упирается в чужой лоб, но других идей, как остановить это безобразие, у него нет. Да и вариант оказался действенным — как только он рукой обвил талию Му Цина и притянул мужчину к себе ближе, блокируя руки, что норовили избить его прямо во сне, тот наконец расслабился. И, кажется, даже засопел.

Се Лянь решает связаться с Му Цином по духовной сети в самый неподходящий момент.

А ведь это было обычное совещание...