Стараниями Хуа Чэна Се Лянь начинает чувствовать себя красивым и желанным и решается на отчаянный шаг.

Хуа Чэн ведёт себя странно, и Се Лянь не может понять почему.

Модерн!АУ, Хуа Чэн делает всё возможное, чтобы пригласить Се Ляня на свидание множество раз. У него это не особо получается.

«Гэгэ, позволь мне стать твоим слугой». Может ли Се Лянь отказать своему самому преданному верующему?

— Сань Лан, — невыносимая ласка топила, — ты не забыл, о чём я просил? Хуа Чэн сглотнул. Он не забыл. — Гэгэ просил звать его по имени, — ответил он, пользуясь небольшой передышкой. // Хуа Чэн готов пойти на всё, чтобы сделать Его Высочеству хорошо. Даже если это не всегда легко даётся.

Се Лянь с Хуа Чэном решают воспользоваться «услугами» демона, пожирающего воспоминания, чтобы додать Умину немного любви.

Раз за разом испытывать удачу - не самое разумное дело (особенно когда на кону стоит собственное существование), ведь это может кое-кого расстроить, рассердить и даже подтолкнуть к весьма радикальным действиям. И все для того, чтобы преподать важный урок одному Князю демонов! *Боттом Хуа Чэн*

Хуа Чэн умел и любил удивлять, потому что реакция Се Ляня на его выходки бесценна. Видеть, как загораются счастьем глаза; как расцветают щёки нежным румянцем – всё это было дорого его мёртвому сердцу. Он корит себя за непристойные мысли, но не может удержаться от предложения, на его взгляд, безумно мерзкого. Он ждёт презрения и отвращения, но получает лишь любовь и ласку. В голове тревожным огнём горит лишь одна фраза: нельзя соединять божественное с безобразным.

Се Лянь проявляет инициативу, и этим все сказано...

Хуачэнова страсть в том, чтоб быть немного слабее своего гэгэ, обращается горящим телом, мольбами о пощаде и возбуждённым Се Лянем, которого так нелегко успокоить.

В объятиях своего возлюбленного он может обнажить своё сердце, может выставить напоказ свою душу, Хуа Чэн может быть слабым и неуверенным, и его всё равно будут любить и лелеять. И это всё, что ему нужно, чтобы обрести покой, когда ночью он закрывает глаза, когда они в одной постели в объятиях друг друга.

Се Лянь смотрит сверху вниз, и Хуа Чэн не может оторваться.

А вот как всё продолжается… Два Бедствия стоят бок о бок на вершине мира, который сам себя разрушает. Павший бог и возвысившийся Князь демонов. Поговаривают, при желании Принц золотисто-огненного цветка и Собиратель цветов под кровавым дождем могли бы уничтожить весь свет. Но, к превеликому счастью, единственное, на что они не пожалеют ни вечности, ни сил, — это любовь друг к другу. [Или: Се Лянь не возносится в третий раз и становится Бедствием. Хуа Чэн по-прежнему влюблен.]

Перед глазами мелькает мальчик с перебинтованным глазом в лазарете императорского дворца, на вопрос Се Ляня, почему он не хочет снять повязки, ответивший лишь одно слово. Уродливый. И этот самый мальчик, выросший в умопомрачительно прекрасного сильного мужчину, отточивший собственную показную самовлюбленность до безупречности, так что глупому наивному Се Ляню не могло и в голову прийти, что когда-то может вновь услышать из этих уст это треклятое слово... он сейчас замер в его руках.

Если ты не любишь себя, я буду любить за нас обоих

Императором на небесах становится Се Лянь. У его ног покорно сидит когда-то державший в страхе столицу Хуа Чэн. И лишь немногие догадываются (тех, кто знал, уже давно нет) что же делает непревзойдённый демон в коленнопреклонной позе перед Императором, сидящим на троне.

Чудесное подношение лежало на алтаре, полностью готовое оказаться во власти своего Бога...

Хуа Чэн тот, кто знает каждую слабость, каждое уязвимое место Хэ Сюаня. Он тот, кто этим нагло пользуется, доводя до разбитого состояния. Ши Цинсюань тот, кто добивает, доламывает, разрушая остатки. Хэ Сюань не может сказать им "нет".

Се Лянь останавливается напротив. Небожитель выше него, и потому он чуть сжимает ладонь, запястье которой обвивает кончик ленты, и та послушно устремляется вперёд, резко ударяет под колени, заставляя небожителя упасть, оказаться ниже, поверженным, но… Се Лянь не чувствует себя победителем. *** Се Лянь демон, Хуа Чэн — вознёсся.

- Знали бы эти духи, чем занимается их драгоценный Градоначальник прямо сейчас в своём роскошном паланкине, - Се Лянь резче обычного дёрнул тазом, войдя до основания. - Мм! Какой был бы скандал, узнай они, что Князь демонов стоит на коленях перед небожителем.