Все демоны знали Бога Войны из мира людей; сложно не знать того, кто ни пропускает ни одной юбки, рогов или острых клыков. Несчесть сколько сердец разбил этот мужчина, флиртуя с каждым демоном, а потом просто бросая их и даже не возвращаясь. Конечно, они не удивились, что их новый император не оказался исключением.

Система предлагает новое обновление, которое позволяет Шан Цинхуа увидеть, насколько он нравится другим людям. На самом деле они ненавидят его не так сильно, как он думает.

Их лорд пика Ань Дин, боевой брат, Шан Цинхуа, не так скрытен, как он думает.

— Я должен бы убить тебя, — говорит Шан Цинхуа, осторожно касаясь пальцем верхушки яйца; оно, наверное, размером с перепелиное, если не меньше. — Если ты вылупишься, вырастешь, захочешь выйти полетать, то принесёшь мне много проблем.

Шан Цинхуа не уверен, хочет ли он знать, пусты ли его глазницы или нет. Если да, то это необратимо. Как тогда ему выполнять свою работу?

Конечно, он не выигрывает. И ему достаётся больше, чем им. Но даже дети Бай Чжаня более благородные в избиении, чем он когда-либо был с ними.

Шан Цинхуа кажется, что он сбежал от одного шиди, от другого шисюна, чтоб третий прижал его к дереву, черт подери.

Шан Цинхуа уже думает, что это излишне дорогой секс, и ему стоило пойти в бордель; а что, вдруг бы встретил Шэнь-шисюна, поболтали бы, хах! Лю-шиди какая-то слишком дорогая проститутка.

Как-то раз его мама, пускай они и не ладили, пускай он был лишним в новых семьях своих родителей, сказала ему мудрую вещь: если найдёшь красивого умного врача, неважно мужчина или женщина, хватай и тащи в семью. Что же, это было единственное в чём он, похоже, не разочаровал своих первых родителей.

Когда Шан Цинхуа случайно прикасается к Синь Мо, он попадает в другой мир. И в этом мире есть его версия, которая, по-видимому, просто... абсолютно жалкий, мягкосердечный идиот. И что ещё хуже, кажется, что все в этом мире достаточно жестоки, чтобы переступить через этого маленького дурака?!

Ребёнок падает перед его ногами, отчаявшийся и дикий, он цепляется за самый низ его одежды на одном уровне с его ботинками, не решаясь тянуться выше; ребёнок напуган и готов пойти на всё, даже продать себя, чтобы его болеющей матери помогли; к счастью, Му Цинфану не нужно ничего из этого. (Или: Ло Бинхэ — ученик Цянь Цао. Это, честно говоря, меняет всё.)

Самолёт, Стреляющий в Небо, рождается задолго до основной истории. (Или: Тяньлан-цзюнь считается мирным правителем, потому что его отец был одним из самых безжалостных тиранов, что помнило Царство Демонов; никто не знает, где их прошлый гуляющий правитель, но все знают, что он имеет свойства возвращаться. К сожалению.)

— Лю-шиди, — и он чувствует себя немного безумным от того, как сильно у него раскалывается голова, — ты выебал мне мозг так сильно, и так часто, что после такого просто обязан жениться на мне, и... — Хорошо, — отвечает Лю Цинге, соглашаясь с ним. Подождите, ЧТО?

Говорят, в начале Творец разделил Небо и Землю. Это неправда.

В одном мире она, возможно бы, сражалась до последнего, взвалила бы всё на свои плечи, пока тело не предаст её, пока смерти не придётся вырвать её; в этом же — Су Сиянь знает, что значит иметь друга. (Или: Шан Цинхуа решает поговорить один-единственный раз с матерью своего псевдо-сына; и он находит её компанию потрясающей. Это приводит к изменению сюжета, который рушится, как карточный домик. Это не могло закончится хорошо, он знал это. И не мог заставить себя пожалеть об этом.)

Некоторые заболевания передаются по наследству. Например, от автора к своему главному герою.

У его любимой женщины был ребёнок. Ну, что же. Он всегда хотел дочь. (Или: Самолёт, Стреляющий в Небо, случайно живёт жизнью того, кого никогда не должно было быть - старшей сестры Ло Бинхэ).

Тяньлан-цзюнь встречает сильного мальчишку из Цан Цюн раньше величественной женщины из Хуанхуа, и это всё меняет. В конце концов, демоны всё ещё ценят силу превыше всего. (Или: Юэ Цинъюань не знает, кто этот высокий мужчина и почему он преследует его, требуя поединка, но у него есть проблемы посерьёзнее, чем это; кажется, Шан-шиди дал ему неверное направление, когда он искал Сяо Цзю. Нет никого, кто бы жалел об этом больше, чем Шан Цинхуа.)

Шэнь Цинцю читает историю, которую Шан Цинхуа написал для него, и приходит к выводу.

Это начинает с его глупости, его безнадёжного языка, никогда не сочетающегося с мозгом, и его очевидным тревожным расстройством, которое он пронёс через смерть.