бабочки, поцелуи с повязкой на глазу, обеспокоенный Хуа Чэн и многое другое.

Се Лянь комфортит мужа, который не привык к теплу, заботе и ощущению безопасности)))

Перед глазами мелькает мальчик с перебинтованным глазом в лазарете императорского дворца, на вопрос Се Ляня, почему он не хочет снять повязки, ответивший лишь одно слово. Уродливый. И этот самый мальчик, выросший в умопомрачительно прекрасного сильного мужчину, отточивший собственную показную самовлюбленность до безупречности, так что глупому наивному Се Ляню не могло и в голову прийти, что когда-то может вновь услышать из этих уст это треклятое слово... он сейчас замер в его руках.

— Гэгэ говорил о нескольких людях, но он никогда не раскрывал личность четвертого человека, которому так искренне доверяет. Се Лянь был ошеломлен. Было кое-что, что ему действительно удалось скрыть от Хуа Чэна! Его глаза блестели редким проблеском озорного восторга.

На Се Ляня давно не действуют яды, какими бы сильными они ни были, максимальная реакция его тела - температура на какое-то время, ровно до тех пор, пока кровь не пропитается выработанным противоядием к очередному яду. И в этот раз все точно так же. Даже если его тело распирает от жара, а из горла со стонами боли вырываются желудочный сок и кровь, Се Лянь продолжает заверять Сань Лана в том, что все хорошо. P.S. Отредактировано! Добавила немного деталей.

Се Лянь подхватывает земную простуду. Хуа Чен — князь демонов, известный под прозвищем "Искатель цветов под кровавым дождем" — с заботой и нежностью принимается ухаживать за своим любимым и обожаемым гэгэ.

Хуа Чэн дарит Се Ляню особенный подарок. И Бог Войны и правда не понимает, почему в Небесной Столице все так странно на него смотрят и обходят стороной.

Однажды Хуа Чен и Се Лянь поссорились.

Се Лянь, встревоженный тем, как Хуа Чен к себе относится и не позволяет даже коснуться его повязке, старается выяснить в чем дело или же небольшая история о большой любви даже к, казалось, изъянам.

Эмин — очень нежный и чувствительный меч, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Хуа Чэн — очень нежный и чувствительный демон, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Се Лянь очень подходит на эту роль и очень, очень занят.

Его высочество наследный принц попал под проклятье и стал маленьким ребёнком. Хуа Чэн не знает, что делать. Умиляться или паниковать?

Он будто боялся посмотреть на принца. Боялся показать слабость, которая охватывала в любимых объятиях, боялся показать свой страх и неуверенность в собственных силах, в себе. Ведь кто он такой? Он столько раз не сумел защитить своего Бога, столько раз промахнулся, хоть и старался изо всех сил. Ведь он совсем никуда не годится.

В этот холодный день Се Лянь находит чем-то обеспокоенного Хуа Чэна. Впервые демон высказывается ему о своих переживаниях.

Се Лянь уже какое-то время бьётся над каллиграфией Хуа Чэна, пока не замечает, что Хуа Чэн рисует левой рукой. - Сань Лан... - вопрос кажется неуместным и глупым, особенно в ввиду того, что Се Лянь - невнимательный слепец. - Ты левша? - Нет, - он отвечает слишком быстро. - Но рисовать удобно так.

Я хочу стать лучше

Се Лянь хочет хотя бы один день делать то, что пожелает его муж. Хуа Чэн между тем желает, чтобы Се Лянь сам принимал решения. Выход из этой ситуации? День, когда Хуа Чэн должен следовать всем приказам Се Ляня.

Когда Хуа Чен простужается, Се Лянь обеспокоен и намерен позаботиться о своем супруге. На этот раз, оказывается, лихорадочные сны могут стать кошмаром для обоих.

— Гэгэ, а ты любил бы меня, если бы я был дождевым червём?

Он мог бы действительно стать лучше, хотя бы немного приблизиться к тому, чтобы быть достойным своего гэгэ, и он честно пытался. Но злая, жестокая демоническая натура всегда давала о себе знать. И тогда, раз в пару месяцев, Хуа Чэн приходил в себя и ощущал стыд уже вот так, как сейчас — когда на липком, залитом кровью полу вповалку лежали тела — Хуа Чэн, честно, не считал, сколько.

После стольких лет одиночества и горя обрести счастье. Оно кажется нереальным - только откроешь глаза и столкнёшься с жестокой реальностью. И только в крепких объятиях страх, что его бог - всего лишь видение, рассеивается. Хочется никогда не отпускать своё найденное счастье.