Юре нравилось, что у него есть старший лучший друг. Старший друг, который учится в 11, и которого Плисецкий зовёт просто Бекой. Бека встречает его после второй смены, и они идут по сугробам домой, не забыв толкнуть друг друга несколько раз прямо в снег.

Юра шлет Отабеку странное сообщение. Отабек долго не понимает, пока однажды за завтраком на него не сходит озарение.

Когда Юра слышит об аварии, в его душе что-то обрывается. Новости кричат о столкновении с участием казахского фигуриста, пестрят фотографиями с разбитым мотоциклом. Юра не раздумывая покупает билет на ближайший рейс.

Отабек решает признаться.

Юра иногда говорит во сне. Отабек любит слушать эту бессвязную болтовню, до тех пор пока с любимых губ не срывается чужое имя.

Скоро уже Отабек не мог понять, его как доверенное лицо так критически оценивают, которому можно поручить надежду российского фигурного катания, или как жениха.

Юрий знает, что Отабек хочет быть его другом. Еще Юрий знает, что Отабек хочет завоевать золото на Гран-при. Единственное, чего Юрий не знает - как Отабек собирается совместить эти два желания.

Всю свою жизнь Юрий стремится только к золоту.

Что может быть хуже наступления ежегодного апокалипсиса, который все почему-то невинно именуют Днем Святого Валентина? Хуже толпы зомби, пускающей слюни не на мозги, а на розовые сердечки? Раньше Юра был уверен, что ничего. Теперь же он уверен, что гораздо хуже, когда тебя провозглашают всадником этого апокалипсиса и заставляют эти перевернутые жопы разносить. И что гораздо сильнее бесит, когда тебе самому почему-то ни одной не достается. Вот это действительно полная жопа.

Не помню уже, кому в голову пришла эта идея. То ли Барановской, которая сказала, что гопник в Юру настолько въелся, что его сначала надо отмыть, а уже потом приступать с чистой головой к балету. То ли Виктору, который подхватил, что Юрочке не помешало бы подобрать шампунь для девочек — он полезнее. То ли самому Юре, который накануне финала настолько отчаялся вжиться в образ, что был готов на все ради победы. «Все ради победы», если верить этикетке, пахло клубникой и обещало мытье без слез.

Отабек просто хотел остаться с Юрой наедине. Юра просто хотел снести всем крышу своим показательным выступлением и рассказал ему свой план. Отабек, кажется, боялся оставаться с Юрой наедине.

Юра не хотел ревновать Отабека к его байку. Ну серьезно, это ведь все равно, что ревновать его к правой руке. Да и трахаться на байке в чистом поле определенно не было хорошей идеей... Все получилось как-то само собой.

Что сближает настоящих русских мужчин? Конечно, рыбалка! А что компания собралась не чисто мужская, да и не все русские, а рыбачить нормально вообще только один умеет... Так даже веселее! По крайней мере, Виктор на это рассчитывал, Юри просто хотел узнать русских получше, Юра с Отабеком все равно планировали слинять из-под надзора тренеров, Гоше надо было отвлечься после очередного разрыва, а Мила не могла оставить всю эту компанию без присмотра. (P.S. Ни одна рыба не пострадала)

Отабек, наверное, не знает, что с Юрой происходит. Сам Юра не знает тоже. Догадывается - ебаный вопрос мужественности и прилипшее сравнение с девчонкой не дают ему спокойно принять роль пассива в их отношениях.

Юрий ненавидит. Ненависть привычна, как дыхание, родилась вперед него, сильна настолько, что Юрий проводит практически все время на льду, вдыхая полной грудью морозный свежий воздух, чтобы хоть как-то охладить сжигающий его изнутри пожар. И оттачивает прыжки, дорожки шагов, скольжение - вообще каждое свое движение до совершенства. Юрий привык использовать ненависть в своих целях. Но однажды отлаженный механизм дает сбой.

Гран-при закончен, и пора подумать о том, что делать дальше. Но Юрий, кажется, уже все решил?

Что делают друзья? Данный вопрос заставляет неопытного в этой сфере Юрия психовать (если точнее: не понимать -> чувствовать себя неловко -> раздражаться -> психовать). Но Отабек всегда готов прийти на помощь.

Юра совсем не хочет уступать свое место на заднем сидении байка какой-то девушке. Но еще Юра совсем не хочет потерять своего друга из-за незваных чувств, поэтому он совсем не знает, как быть.

Какой черт дернул его приехать в Санкт-Петербург, впервые, наверное, в жизни этой послушать Якова, не снять квартиру и не обустроиться в отеле, а согласиться на приглашение Никифорова пожить в их с Юри только свитом семейном гнездышке? – Эй, может, ты не знал, но я не как вы, понял? – шипит Юрий, отодвинувшись назад, но юноша остается все так же невозмутим и спокоен. – Я, это… – Yuri-kun, кому ты врешь?

Пост фанов-шипперов заставляет Отабека почувствовать себя сначала очень смущенным, а потом - очень счастливым.