Шесть оранжевых роз, нежно обнимающих веточки гипсофилы, а позади, словно запоздалая мысль кое-как приютился листочек кожаного папоротника. Чэн Сяоши вернулся, закончив дела и поставил букет цветов прямо на прилавок. — Что это? — спросил Лу Гуан, глядя на цветы. — Цветы. Для тебя, — просто ответил Чэн Сяоши. Брюнет заломил руки. Лу Гуан нечасто видел его таким. Или: Чэн Сяоши подарил Лу Гуану цветы. И Лу Гуан больше не может игнорировать то, что происходит между ними.

У Чэн Сяоши нервный срыв, а Лу Гуан влюблен. Альтернативное название: Idiots-in-Love или 10к+ слов гей-паники Лу Гуана

После возвращения домой из больницы Лу Гуан с тревогой осознаёт, что в этой временной линии всё идёт совершенно не так, как должно быть. В особенности его отношения с Чэн Сяоши.

Браться за этот заказ было риском, но теперь пути назад нет, а время трещит по швам: прыжок в собственное прошлое — это не идея, а чёртова катастрофа.

Чен Сяоши действительно плох в соблазнении. Он понятия не имеет, как привлечь внимание мужчины. Особенно, если этот мужчина — Лу Гуан. Пробует искать информацию в интернете. Но то ли безнадёжен, то ли советы откровенно хуёвые, то ли у него просто нет ни малейших шансов. Это даже нечестно. Он уже голову сломал в попытках придумать эффективный способ соблазнения Лу Гуана. Самому же Лу Гуану, для того чтобы соблазнить Чен Сяоши, достаточно просто дышать

— Поцелуй меня. Кажется, Лу Гуан это уже где-то слышал. Кажется, это было еще в школе.// Любимый тег Idiots-in-Love

— Зачем вообще кому-то продолжать смотреть на звёзды, если они уже мертвы? Какой смысл снова и снова оглядываться назад, если понимаешь, что ничего не можешь изменить?

Все было хорошо ровно до того момента, когда Чэн Сяоши понял, что Лу Гуан начал стареть быстрее него.

— Чэн Сяоши, никаких стычек с игроками другой команды, никаких подсечек и тому подобного, в общем, не нарушай правила игры, — наставляет его Цяо Лин, поправляя его накидку, на груди которой красуется герб факультета Пуффендуй, – и, пожалуйста, вернись целым и невредимым. — Будет сделано, староста! — салютует ей Чэн Сяоши, крепче сжимая метлу другой рукой. — Лу Гуан, пожелай мне удачи! Лу Гуан кивает.

Чэн Сяоши возбужден, но одинок, желает только одного человека, и никого больше. Он не будет загружать никаких приложений для знакомств и не желает ни с кем встречаться. Но, к счастью, есть и другая правда о Чэн Сяоши: он невероятно творческий парень. Он должен подойти к этой проблеме с совершенно другой точки зрения, и это то, что он делает. --- Или Чэн Сяоши снова неправильно использует свою силу, случаются неожиданные вещи.

- Что бы ты делал, если бы знал, что завтра никогда не настанет?

По воле случая Чэн Сяоши оказывается в фотографии, сделанной Лу Гуаном совсем недавно. Нелепое стечение обстоятельств сталкивает его с непредвиденным фактом.

Лу Гуан медленно теряет себя, утопая в скорби; Чен Сяоши задыхается в нитях времени, которые давно оборвались. Худшее решение – разделить воспоминания, будто это не более чем раковина с грязной посудой. По крайней мере, когда все развернется и огонь погаснет, они останутся самими собой. Сломанными, непоправимыми, влюбленными. Настолько погрязшими в нежности, что ничто из этого не имеет значения.

Они пытаются убежать от капель дождя, но это невозможно. И когда они примерно на полпути домой, становится совершенно ясно, что это не имеет значения — они уже промокли до нитки. (Полное описание в примечании) // Первая часть серии работ, написанных для Недели флаффа по Агентам времени (Shiguang Fluff Week)

Между ними снова повисает легкая тишина, и рука Чэн Сяоши тоже замирает. Прямо поверх ладони Лу Гуана. Сердце тревожно замирает в груди. Происходящее нетипично для них. Ни в одной из временных линий.

— Мне жаль, — тихо произносит он. — Я всегда говорил тебе, что прошлое изменить нельзя, но сам не прислушался к своим же словам. Я… должен был попытаться ради тебя. Часы бьют полночь, приближая их к тринадцатому сентября еще на день. (Лу Гуан не похож на Чэн Сяоши — он готов даже разрушить вселенную, лишь бы спасти одного-единственного человека)

Чэн Сяоши не умрёт в этой временной линии, если никогда не будет использовать свои способности. А он не будет пользоваться ими, если никогда не встретит Лу Гуана – теперь всё становилось таким очевидным. Лу Гуан просто… никогда не встретит Чэн Сяоши. Всё будет нормально. Всё будет хорошо, пока Чэн Сяоши жив. Поэтому, когда Лу Гуан запрыгивает в фото, когда белый свет слепит его, и он возвращается, увидев баскетбольный мяч у своих ног, он не тянется к нему.

Лу Гуан думает: это. просто. период. Поболит и отпустит. И у него, и у Сяоши. Но уже шесть лет — у него болит, а Сяоши не отпускает.

Чэн Сяоши и Лу Гуан когда-то были равны на поле боя — братьями по оружию, пока корона не сделала одного принцем, а другого — его личной стражей.

Чэн Сяоши случайно признается Лу Гуану в любви. // Одна дурная голова — плохо, а две — еще хуже