— Не ходи к нему, он не в настроении, — легкий кивок на дверь с надписью директор, и юркого армянина словно ветром сдуло. — Да мне документы подписать, — Арсений оглянулся по сторонам родного офиса, натыкаясь на глаза единственного сисадмина, выглядывающего из-за своего стола. — Арс, он не в духе еще с утра. Говорят, договор не прошел, он и бесится. Обещал выебать и уволить каждого, кто переступит порог его кабинета.

Попов без задней мысли открывает чат с Шастуном А. А. и быстро пролистывает до нужных фото, крепит их к сообщению и скидывает в чат. А потом понимает, что лучше бы он никогда и ничего не скидывал бы Антону Андреевичу, потому что — криворукая он сука — прикрепил к рабочему сообщению не только фото злосчастной бумажки, но и собственного, будь он неладен, стояка. |AU, в котором Арсений кидает дикпик своему начальнику Антону, а потом пытается оправдываться демократией|

- Меняй! - кричит Паша. Антон меняет. - Меняй! - кричит Паша. Антон как дебил, меняет. - Меняй! - кричит Паша. - Сам Сука меняй! - кричит Антон.

В какой момент все пошло не так, Антон, похоже, пропустил, потому что после Пашиных бесчисленных «меняй» Арсений начал уж как-то слишком активно изображать половой акт, а Антон начал орать как чайка речная. — Меняй, — воскликнул Воля Арсению, и Антон почувствовал, как мужская рука обвилась вокруг его талии, а затем потянула назад, прижимая его как можно ближе к предполагаемому партнеру. — Оу, — воскликнул Шастун и скосил глаза на мужскую ладонь, обхватывающую его торс.

Небольшая зарисовка о том, что может пойти не так на "Шокерах":)

От Питера до Воронежа тысяча двести сорок девять километров. И каждый этот километр у Арса под кожей. //соулмейт au, в котором у каждого человека есть дома светильник, который загорается, когда твоя родственная душа по тебе скучает// У Антона после тура светильник мерцает уже три дня подряд//

Антону тоже хотелось наслаждаться, но вместо этого он наблюдал, с каким восхищением группка женщин лет шестидесяти, которые явно собирались в какой-нибудь санаторий, поглядывали на Арсения. Женщин он понимал.

Антон волнуется похлеще всех этих подростков, сдающих итоговый экзамен, потому что те сидят в отдалении от Арсения, а он — в нескольких сантиметрах, и его мозг отключается напрочь. (AU, где Антон и Арсений — общественные наблюдатели на ЕГЭ, и за эти четыре часа из-за игры в «города» их жизнь кардинально меняется)

- Новый год, между прочим, уже не за горами – Станислав Владимирович Шеминов, директор обычной общеобразовательной школы, окинул весь педагогический коллектив строгим взглядом, – Поэтому нужны добровольцы, готовые на себя взять ответственность за сие мероприятие. Есть желающие? В ответ ему была лишь тишина. > Школьное AU, где все четверо - школьные учителя, которым предстоит пройти ад организации школьных концертов.

Два учителя, 40 учеников, горсть ненависти, щепотка раздражения и половник дегтя. Вражда лучших из лучших, постоянное соревнование, постоянный прессинг.

Все это сильно осложняется тем, что им скоро ехать в тур: количество часов, проведённых вместе, а иногда и совсем наедине, станет зашкаливающе огромным, а Шастун вряд ли откажется от своей привычки все тащить в рот. Почему он это делает и почему это так Арсения волнует — это уже второй и третий вопрос. Первым все ещё остаётся: «И что, блять, со всем этим делать?». >Антон тащит в рот всё, что не приколочено, Арсений хочет затащить Антона в постель

Как всем известно, труд облагораживает человека, поэтому люди с удовольствием ходят на работу. Антон Шастун, например, ходит на службу только потому, что она его облагораживает. В его двадцать восемь лет ничто его так не облагораживает, как работа. В основном потому, что в остальное время он деградирует. Так что для него становится неожиданностью, когда в какой-то момент он понимает, что теперь ходит в офис ещё и из-за своего страшного во всех смыслах начальника.

Антон не дает Арсению отдохнуть между оргазмами.

Им, возможно, никогда не суждено погулять друг с другом за руку по вечерней Москве, и Антон никогда не сможет поцеловать его на публике, да им даже вместе не стоит нигде появляться, честно говоря. Но все это кажется второстепенным, когда он смотрит в радостные голубые глаза напротив. [импрореал, в котором одно неосторожное слово надламывает сразу двоих]

О чувствах Арсения к Антону слагают легенды, пишут романы, рисуют полотна и сочиняют баллады. Фанаты воспевают эту любовь, возносят до голубых небес и чуть ли не обожествляют, не догадываясь, что у него в груди пылает к Антону совсем другое, не менее сильное, но далеко не такое романтичное чувство.

Ау, где Антон однажды подумал разнообразить отношения, а Арсений это сделал за него.

антон смотрит так пристально, словно ждет очевидного падения. словно в этот раз он обещал себе арсения словить. три года назад на него так никто не смотрел. и кажется немного неправильным, что сейчас смотрит. ведь это все внимание не совсем для него предназначено. оно для другого арсения. [импрореал, в котором арсений теряет память и забывает о своих отношениях с антоном]

Антон — хрупкий и романтичный учитель музыки, в кабинете которого на подоконнике всегда стоят в красивой вазе пионы. Арсений — трудовик, которому приглянулся новый учитель. К сожалению, он совсем не умеет ухаживать за объектом своей влюбленности, поэтому своим поведением приводит в ужас Антона.

Арсений Сергеевич — классный руководитель ребёнка Антона Андреевича, поэтому между ними совершенно точно не может быть никаких всяких этих самых.

Антон с Арсением цепляют друг друга ещё с универа. Арс постоянно думает, какой самоуверенный гандон с ним учится, Антон думает, как бы еще поднасрать. Арсений считает дни до окончания ВУЗа и совершенно не подозревает, что целевые направления, по которым они с Антоном учились, как оказалось, были из одной школы, и теперь им нужно было отработать в ней пять лет по договору. А это означало, что теперь они постоянно будут вместе, ведь оба отучились на учителей химии.