В зале суда всегда творятся чудеса, особенно с тех пор как дела стали попадать в руки Феникса Райта и Майлза Эджворта. Теперь каждое заседание как традиция заканчивается самым неожиданным образом. Но на этот раз последний вопрос защиты к прокурору станет по-настоящему решающим.

Эджворт приезжает в здание суда на двадцать минут раньше, чем нужно (захватив с собой синий пиджак, разумеется) и ждёт на диванчике у зала заседаний, то и дело глядя на часы. Феникс появится - и ему расскажут, почему не стоит брать чужие вещи. Хотя он, вероятно, теперь уже сам всё знает.

Феникс и Майлз отправляются в хижину в горах ради расследования, но в конечном итоге их заваливает снегом в доме без электричества и лишь с одной кроватью. Излишне говорить, что все попытки Эджворта сохранить дистанцию между ними не продлятся долго.

А адвокат Феникс Райт вовремя оказывается рядом.

"Я люблю Феникса Райта", — подумал Майлз Эджворт, когда влетел в палату и увидел его на больничной койке. "Я люблю Майлза Эджворта", — подумал Феникс Райт, когда тот согласился взять адвокатский значок.

Майлз Эджворт прекрасно умел скрывать свои слабости. Их было можно пересчитать по пальцам одной руки, но даже столь небольшое их количество было ему омерзительно. Избегать землетрясений оказалось совсем просто, лифты тоже не были большой проблемой. Но больше всего Эджворт боялся, что кто-нибудь когда-нибудь увидит его руки.

Когда Феникс появляется в жизни Майлза в первый раз, Майлз не запоминает его имени. “Феникс” для этого колючего ребёнка — слишком солидно и как-то сложно, а вот Райт… звучит правильно.

Майя наконец объясняет Пёрл, что она и Феникс не собираются пожениться и жить долго и счастливо. Райт соглашается...пока напарница не говорит, почему.

Неправильно собранная ваза, пошатнувшаяся от землетрясения и обреченная быть разбитой. Неправильно сложившаяся судьба одного мальчика, обеспеченная неправильным человеком и обреченная быть уничтоженной. И заботливые руки близкого человека, собирающего все это, но переворачивающего кусочки так, чтобы создать что-то совершенно новое.

Он устал — усталость висела на шее неподъемным грузом ответственности, которую он тащил на себе с тех самых пор, как его прижали к стене, тяжестью двух дней недосыпа горбила и гробила широкую, прошитую стальным прутом, как ему самому порой казалось, спину, пролегала тенью под опущенными в землю глазами, блестящими пусто и стеклянно. А Майлз пытался помочь — так, как умел, так, как считал нужным и, честно говоря, помогал — не словом, но делом.

Отношения Майлза и Феникса, фактически, неотличимы от любых самых обычных отношений двух влюблённых друг в друга людей. Если бы не значимое «но» - юношская психологическая травма Эджворта, не позволяющая ему чувствовать себя достойным этого.

Встретиться лицом к лицу со своими страхами порой требует недюжинного мужества. Сложнее может быть, разве что, только признать необходимость этого. А попросить о помощи — и вовсе на грани невозможного. Но если найти правильного человека, может, все не так безнадежно..?

Во время судебного процесса Аполло и Афина замечают, что с Эджвортом что-то не так. Позже, они решают спросить его об этом, но, к несчастью, узнают больше, чем рассчитывали. Что ж, жизнь не так весела, когда вы осознаете, что ваш босс и его величайший соперник тайно неравнодушны друг к другу.

Рука Майлза невольно потянулась к платку, осторожно оголяя место на шее, где был поставлен засос, в надежде, что там ничего не будет, но постепенное образование синяка означало лишь обратное. Эджворт с тихим стоном, закусил губу, понимая, во что так необдуманно вляпался. — Чертов Райт... — закрыл глаза, медленно выдыхая.

И тосты не пахнут домом, и варенье здесь совсем другое, и даже у чая вкус как будто из другого мира, настолько чужим он кажется, и вообще, все эти утренние газеты, все эти папки с делами, все эти мысли о работе — это всё такая ерунда, которая не имеет вообще никакого значения, этот спутанный клубок сонных мыслей, это странное утро и неправильная ночь — прокурор Майлз Эджворт не в духе с самого утра, и он знает, что ему нужно, наугад, но безошибочно набирая номер телефона.

Феникс встал из-за стола. Быстро, уверенно, без лишних движений. Он твердо стоял на ногах, будто не был измотан событиями сегодняшнего дня, будто мог бегать всю ночь. Ноги Майлза, по ощущениям, начинали отказывать. — Ты слышал свою сестру, — Феникс нарочито медленно прошел к двери и обернулся. — Обсудим вопрос… В другой комнате.

AU: Грегори Эджворт пошел по лестнице, а Майлз никогда не пропадал из поле зрения Феникса, и их отношения начались еще в школе.

Феникс обнаруживает, что в его офис, предположительно, для шантажа (которого не произойдёт) были подброшены фотографии молодого, обнажённого Майлза Эджворта. Но он не может выяснить их источник, и единственный, кто, вероятно, имеет какое-то представление о происходящем, — сам Майлз. А это значит, что Фениксу придётся показать ему фотографии. Это будет очень, очень плохо.

"Стальной Самурай", как казалось Фениксу Райту, – шоу, популярное вопреки. Однако почему-то в его семье оно возымело головокружительный успех. Что же особенного в нем нашли Майлз Эджворт и Майя Фей? Похоже, это – очередное дело, в котором молодому адвокату придется докопаться до истины.

Феникс знает хороший способ заснуть.