Гуменник любил читать книжки. Большие и маленькие. С картинками и без. На родном языке и на других. Малинин любил смотреть на Петю в такие моменты.

— Ты слышал. Отпусти сегодняшний день, забудь прокат. Просто отдай мне контроль. На сегодня. На эту ночь. Позволь мне решать. Позволь мне вести.

Он находит Илью в подсобке рядом с туалетом, там, где не будет искать тренер, где не достанут вспышки фотокамер и вопросы ошеломленных репортёров. Илья сидит на коробках с каким-то моющим средством и тихо всхлипывает, вздрагивая, когда дверь мягко защелкивается за Петей.

Илья Малинин из тех, кто любит контролировать всё и всех. Бог, король — так его называют, и он прекрасно знает, что его боготворят и хотят. Но, всё же, есть в этом мире человек, который мог заставить его слушаться и подчиняться. В конце концов, Бог же тоже может хотеть быть послушным, верно?

Ты думаешь, что я легкомысленный, но я погружаюсь глубже.

Теплый Париж влюбляет в себя, а Илья сильнее влюбляется в Петю.

Илье нравилось, когда его целовали, обнимали, прижимали к себе. Илья любил, когда по нему сходили с ума, боготворили. А особенно Илья обожал, когда один прекрасный мужчина им любовался и шептал на ухо всякую бессмысленную, нежную ересь. Ох, Петя, зря ты туда полез.

Илья впервые в жизни встречает человека, чьи действия он не может предугадать. Пётр же просто живёт, как обычно.

Свет потух. Лифт содрогнулся. Замер.

У них два часа разницы, две с половиной тысячи километров и одна неделя разлуки. Петя возвращается в Питер после шоу, а Илья в Цюрихе выступает в костюме, от которого у Пети сносит крышу. А дальше — ночь, экран, пальцы на клавиатуре и слова, которые вслух не скажешь.

Для Ильи Малинина Олимпиада в Милане — это не просто старт. Это шанс вырваться из тени семейного проклятия. В его роду все омеги, встретив истинную пару, теряли себя, карьеру и свободу, превращаясь в тень за спиной альфы. Лед — единственное место, где Илья чувствует себя в безопасности.

Прежде чем успел подумать, включить тормоза или хотя бы вспомнить английские слова, чмокнул его в щеку. ‎ — That's... for the tea! — выпалил он и тут же осознал, что ляпнул не то. Какое "for the tea", идиот?! — I mean. Wait, no — щеки вспыхнули пожаром, — it's not FOR the tea, it's... oh God... — он перешел на русский в панике. — За чай! То есть не за чай! I didn't mean it like that! Просто спасибо! Thank you! For everything! — и, не в силах больше выдавить ни слова, рванул к лифту. ‎

Илья звонит утром, чтобы немного пообщаться и заняться вместе некоторой активностью.

Петя сейчас счастлив, как никогда: занимается любимым спортом, проходит сборы у одного из топовых тренеров, встречается с человеком, о котором раньше мог только мечтать.

Только мужчина способен понять другого мужчину, когда дело доходит до членов, точнее, до их травм. О роли веры и религиозных оберегов в необычных отношениях двух мужчин-соперников.

Илья Малинин раздает автографы на память, те, что стоит сохранить даже по окончании Олимпийских игр.

— Ты знал, что бананы содержат много витаминов, полезных для мужского сексуального здоровья? — What? Или 10 страниц порнухи без сюжета, которую почему-то ещё никто не написал

— Это нечестно! — Жизнь вообще нечестная штука. Особенно к тем, кто игнорирует своего парня полчаса после такой долгой разлуки. Или ночь, когда бороться приходится не за Олимпийскую медаль, а за внимание любимого человека.

Микронаушник — идеальный план сдать экзамен. Но когда любимый альфа шепчет в ухо не ответы, а пошлости, удержать лицо и не кончить прямо в аудитории становится настоящим вызовом

Петя всё понимает, правда. Ровно до тех пор, пока не получает дурацкий кружок в три ночи, на котором слишком хорошо видно полуголого Малинина, напевающего в такт дурацкой девчонке со сцены эту мозговыносящую песню «Call me maybe?»// или история о том, как Илья доставал Петю в аймесседже